Едва они понимают, для чего мы подошли, как тут же оголтело улюлюкают, и даже на губах Сантино вроде как пробегает одобрительная ухмылка. Конечно, они рады, что мы ввязались в их дикий тотализатор, поддерживая веселье. Точнее, Кэти ввязалась. Понятия не имею, какого черта она сказала «мы».
Так или иначе, деньги принимаются, а нас не прогоняют, потому мы садимся на свободный край бордюра. Я точно не собираюсь лезть, даже если мальчики начнут огребать, но вот насчет Кэти, которая первой ринулась с трибуны на поле, такой уверенности нет. Только здесь не поле – ей назвякают и глазом не моргнут, что она девчонка.
Наконец неминуемо начинается драка. Первым бьет Тэд и даже попадет по челюсти Пита, но тут же огребает по носу. В следующее мгновение шесть фигур (трое вместе с Питом, да Тэд с Бредом) смешиваются в один ком. Я не замечаю, как начинаю грызть ногти.
– Это нечестно, – говорю я растерянно, – четверо на двоих!
– Они сами нарвались, – хмыкает парень справа от меня, – сами пришли к нам, такие петухи, начали угрожать. Не парень у тебя, детка, а какой-то долбоклюй.
Хочу уже бросить ему, чтобы закрыл свой рот, но боюсь, что создам Тэду еще большие неприятности. Наконец куратор считает своим долгом, насмотревшись, разогнать эту кучу пятью смачными ударами дубинки куда-то по ним, и ни по кому конкретно.
В итоге куча распадается опять на шесть отдельных человек. С первого взгляда становится очевидным то, чего никто и не ожидал. Несмотря на численный перевес, шайка Пита и наши отхватили примерно наравне. Конечно, у Пита дружков было больше и сам он крупнее, но Тэд с Бредом профессиональные спортсмены. У них молниеносные реакции и каменные, пусть и не огромные, мышцы. Потому нельзя сказать, кто в данный момент проиграл.
Кажется, это понимают и придурки, что устроили ставки. Не могут поделить – мнения расходятся. Видимо, все-таки не все ставили на Пита.
– Пошли вон, – гонит наконец Тэда и Бреда куратор, когда они вновь пытаются ввязаться в драку, – пошли, на хрен, вон. Устроили тут. Убирайтесь.
Он сверкает глазами в мою сторону и машет дубинкой, как бы говоря, что в следующий раз провокатор отхватит наравне с нарушителями. Знал бы он, что этого я совсем не хотела. Хотела просто, чтобы Тэд вновь провожал меня вечером до дома.
– Очевидно, что наши выиграли! – вскакивает Кэти, обращаясь к парням, – давайте мне деньги.
– Ага, – фыркает тот, что покрепче, – с чего-то выиграли? Они вон, угондошились обратно.
– Потому что мужик их прогнал, – не отступает моя боевая подруга. Те немногие, кто тоже ставили на Тэда с Бредом, поддерживают ее. Зато те, кто ставили на Пита с его шайкой (и их большинство), тут же орут против.
В итоге, чтобы не случилась еще более масштабная потасовка уже исключительно из-за ставок на прежнюю потасовку, принято просто всем раздать поставленные деньги из-за неопределенного результата. Конечно, они бы скорее подрались, но куратор вновь начал похлопывать дубинкой. Думаю, если бы они сцепились, отрабатывающих еще бы и нагрели сверхзаданиями до конца дня. Мести тротуары руками, становиться пешеходным переходом или что-нибудь в этом роде.
Забрав свои деньги, Кэти целует меня в щеку. Я заявляю, что сегодня она может не приходить, но завтра пусть принесет пончиков за два дня. Она смеется и обещает это. Я раздумываю, получится ли у нас встретиться завтра до работ (благо, воскресенье, и школы не будет), но не уверена. Все-таки надо будет с утра сделать домашку на понедельник.
Я и так сегодня ей не занималась. Вообще ничем не занималась, если быть откровенной.
Когда Кэти уходит и мы все вновь начинаем мести, я все ожидаю, что ко мне подойдет Пит. Уже более злой, скажет что-нибудь по типу «болтливая шлюха» или что-нибудь в этом роде и опять примется за свое. Но на удивление Пит ведет себя так, будто ничего не произошло. Ни вчера, ни сегодня. Вообще игнорирует меня.
Как-то даже странно. Я весь день ожидаю от него подвоха, но когда нас распускают, он первым уходит. Я обнимаю пришедшего Тэда и спрашиваю, не сильно ли ему досталось днем и не сильно ли досталось от тренера, что он ушел раньше нужного. Он заявляет, что повезло и сегодня тренировка сама закончилась чуть раньше, потому ему не пришлось уходить.
В честь субботы и в принципе в честь того, что нам выпал один из немногих дней за последнюю неделю провести время вместе, мы идем в кафе, а потом в кино. Сразу два в одном. Видимо, предки Тэда добрые, раз дали ему сразу денег на оба мероприятия. А может, он просто скопил, поскольку две недели уже никуда меня не водил.
Так или иначе, домой я возвращаюсь опять с цветами (купил мне на обратной дороге), счастливая, и если бы накрасила губы, то была бы с размазанной помадой. Мама замечает это, улыбается и, глядя на цветы, уже в который раз говорит, что ей нравится этот парень, кем бы он ни был, после чего неожиданно добавляет:
– Кстати, может, ты нас уже познакомишь?
