– Ты лицемеришь, – цедит он в ответ, так же поднявшись, – я тогда тоже могу сказать, что если бы ты любила меня, никогда бы не поехала в Нью-Йорк, имея все шансы учиться здесь. Но я ведь не обвиняю тебя в этом. Я просто в уже готовой ситуации стараюсь облегчить участь нам обоим. Если уж нам суждено расстаться, пусть лучше это будет сейчас. Прямо и справедливо по отношению к обоим. Не омрачая неизбежной последующей ложью потом все, что между нами было.
– Ты судишь по себе, – плююсь я, – не веришь в отношения на расстоянии, потому что не веришь в себя! Потому что никогда и не любил меня, иначе бы принял все что угодно, но не расставание!
– Именно потому что я люблю тебя, я принимаю это решение.
– Какие пафосные громкие слова! – я взмахиваю руками и едва не падаю на месте.
Наскоро растираю подводку вместе со слезами по щекам, даже не думая о том, как могу выглядеть со стороны:
– Я ненавижу тебя! Ненавижу тебя и все, что между нами было! И ненавижу тот день, когда влюбилась в тебя! И ненавижу каждый день, связанный с тобой! Лучше бы я тебя вообще никогда не встречала!
Я кидаю ему эту последнюю фразу, словно хлесткий удар, и, не дав ответить, разворачиваюсь и чуть ли не бегом пускаюсь прочь. Не хочу знать, что он может еще сказать, так как очевидно, что это не «давай останемся вместе».
Я ненавижу его всем сердцем настолько же, насколько люблю, – и за это ненавижу уже себя. Как ему просто далось отпустить меня, почему я не могу так же?
Домой я забегаю в слезах, но когда мама обеспокоенно пытается узнать, в чем дело, кричу на нее и требую всех оставить меня в покое. К ее чести, она не несется за мной в комнату, а выполняет просьбу.
И на следующий день она не спрашивает, что случилось. Кажется, понимает. Мы не говорим о Сантино, а он больше никак не дает мне о себе знать. Ни звонка, ни прихода.
В глубине души я надеюсь, что, быть может, к концу августа он объявится на пороге. Заявит, что ошибался и что готов на отношения на расстоянии, или придумал, как поехать со мной, или, может даже, попытается еще раз меня отговорить. Или, как в «Красотке», перехватит уже перед самым отлетом.
Но нет. Сантино не появляется. И в конце месяца я уезжаю в Нью-Йорк, так и не попрощавшись с ним.
Первый год в вузе пролетает для меня, словно ураган. Нет, настоящий смерч. Когда я только приезжаю в Нью-Йорк, все мои мысли заняты Сантино, нашими отношениями и тем, как варварски он их растоптал. Но с началом учебы у меня уже просто не остается никакой возможности оставить на эти мысли времени даже перед сном.
Лекции, пары, практика, домашняя, лабораторные… Я в школе была успешной ученицей, но здесь совсем другие нагрузки. К тому же, Нью-Йорк огромный и незнакомый город. Мне требуется время, чтобы освоиться.
Однако, освоившись с городом, я так и не осваиваюсь с людьми. Я нахожу себе пару подружек, но это скорее девчонки-по-учебе. Мы не разлей вода в стенах вуза, но стоит парам закончиться, как мы можем не видеться до следующего дня или недели. Мы лишь пару раз сходили в кафе посидеть, и то по моей инициативе.
Не знаю, в Нью-Йорке так принято или мне особо повезло, но друзей нормально я так и не нашла. Однако вариант друзей-по-вузу не самый плохой, потому что свободного времени на друзей-вне-вуза не так уж и много. Потому я не успеваю сильно уж огорчиться.
Учеба-учеба-учеба.
На новогодних каникулах я могу немного вздохнуть. Обе девчонки из нашей комнаты уезжают домой, потому я остаюсь в общаге сама. Тот еще кайф, – мы болтаем с мамой, я готовлю что хочу и вообще сама себе хозяйка.
С парнями у меня дела складываются ничуть не лучше, чем с друзьями. Проблема в том, что в отчаянной попытке забыть Сантино я притом в каждом парне пыталась найти максимальное с ним сходство. Неосознанно гуляя с одним, мрачно думала «Сантино бы тут пошутил, а у этого совсем нет чувства юмора», или, гуляя с другим, замечала «здесь бы Сантино предложил вон ту-то безбашенную вещь, а этот совсем скучный нудик», или когда кто-то пытался со мной флиртовать, невольно закрадывались мысли «Сантино этот делал более чувственно, а не так картонно».
В общем, сама того не желая, я пыталась найти в Нью-Йорке второго Сантино Рамоса, но безуспешно. В итоге мне так надоели эти пустые свидания, каждое из которых разочаровывало сильнее предыдущих, что к зиме я уже забросила все эти попытки. Конечно, периодически меня звали на свидания и обращали внимание (отсутствие парня не сказывалось на моей привычке ухода за собой), но большей частью все эти предложения я отвергала.
А если вдруг и соглашалась пойти, то в очередной раз, придя обратно, убеждалась, что зря это сделала. Все эти ухажеры будто бы были «недо» в чем-то. Видимо, мне нужно время, чтобы окончательно забыть Сантино и перестать каждого парня пытаться сравнивать с ним. Может, тогда я и смогу наконец смотреть более трезво.
