– Да, по всему видно – вчера произошли какие-то тревожные события! – оборвал я поток своих ревнивых мыслей при взгляде на открытку. – Знать бы – что именно? И где сейчас находится наша Лулу, потому как, скорей всего, именно эта парочка – Нико и Мари – приложили руку к ее похищению…
Я еще договаривал свою фразу, как послышался тихий стон. Мы с комиссаром переглянулись.
– Вы тоже это слышали? – тревожно нахмурился комиссар и огляделся. – Откуда донесся звук?
– Звук? Я бы назвал это стоном. Здесь, кроме нас, есть кто-то еще.
Я замер, напряженно прислушиваясь. Негромкое, еле различимое шуршание и тут же – еще один едва слышный стон донеслись со стороны прихожей, куда мы с комиссаром немедленно вернулись.
Первое, что бросилось нам в глаза в этом крошечном закутке, – самая обычная дверца, за которой, как правило, располагаются мини-кладовки для хранения обуви, одежды и прочего добра. Мы с комиссаром одновременно ринулись к дверце и распахнули ее.
– Лулу!
Это была моя первая реакция: я проговорил-выдохнул имя бедняжки Лулу, что лежала со связанными руками и ногами в куче какого-то тряпья в темной кладовке – бледная, взъерошенная, она, судя по всему, была в полной отключке.
– О господи!
В моем голосе прозвучали одновременно тревога (все ли с ней в порядке?) и невольное облегчение (она жива!).
Я аккуратно подхватил легкую, как перышко, Лулу на руки и отнес в комнату, уложил на диван, с которого комиссар скинул на пол целую груду скомканных вещей Нико.
– Оставьте ее, я вызываю медиков, – кивнул он, не без тревоги наблюдая за моими попытками привести Лулу в себя: я шлепал ладонью по ее щекам, встряхивал за плечи, но в ответ несчастная лишь тихонько стонала, не желая приходить в себя, ее пульс еле прощупывался.
– Скорей всего, ей вкололи сильное снотворное, – разглядывая бледное личико Лулу, сделал я вполне очевидный вывод. – Будем надеяться, в клинике ее быстро приведут в себя.
И тут же все закружилось-завертелось: первыми прибыли медики и немедленно забрали Лулу в клинику; медиков сменила бригада полицейских экспертов, которые сразу же принялись за работу, а комиссар, отдав распоряжения, хлопнул меня по плечу и кивнул на выход.
– Слава богу, Лулу жива, – я вздохнул с облегчением и горячо пожал руку комиссару. – Не представляете, как я рад. Вы не против, если, прежде чем мы отправимся на квартиру Мари, я сообщу новость отцу?
Я позвонил отцу, обрадовав его известием: Лулу жива, в настоящее время ее забрали в клинику на авеню Пирамид. После испуганных вопросов отца, что с его славной крошкой, я, успокоив его, посоветовал поехать к Лулу, развернулся к комиссару и объявил, что готов следовать за ним.
