Мсье Лео оказался симпатичным худеньким старичком в просторном плаще; он вел рассказ, с удовольствием прихлебывая кофе, которым первым делом угостил его комиссар. Для начала старичок, не удержавшись, заговорил именно о кофе:
Делая размеренные глотки, он припоминал дни своего детства, связанные с утренним ароматом кофе и материнской улыбкой. Всем известно – пожилых людей ни в коем случае нельзя прерывать, требуя срочного ответа на конкретный вопрос. А потому мы с комиссаром терпеливо ждали, не торопили нашего рассказчика – с милейшими улыбками на лицах слушали мсье Лео и задушевно ему кивали.
Надо сказать, мсье Лео все делал неторопливо: двигался, разглядывал наши лица, говорил, делая многозначительные паузы, и, по-видимому, с наслаждением ощущал себя в роли человека, которого слушают, затаив дыхание. От души насладившись кофе и собственными лирическими воспоминаниями, он наконец заговорил на интересующую нас тему.
– Этот парень – настоящий красавец, таких достаточно один раз увидеть, чтобы уже не забыть, – он покачал головой, на мгновенье задумавшись. – Хотя мне всегда казалось, что есть в его лице что-то ненатуральное. Как маска, понимаете! Неподвижное лицо-маска. Но очень красивое! Дело в том, что я в молодые годы увлекался живописью – писал и натюрморты, и пейзажи, но особенно любил работать над портретами. Так что, сами понимаете…
Мсье Лео смотрел на нас ясными светло-голубыми глазами – его легко можно было представить в заломленном набок берете и с шарфом, небрежно перекинутым через плечо.
– Первый раз я увидел его, прогуливаясь по своему ежедневному маршруту: выхожу из своего домика, спускаюсь до Миндального переулка и иду по нему до поворота к Рыночной площади, а уж оттуда спускаюсь к лесу, дохожу до кафе «У Мари» и повторяю весь маршрут в обратном направлении.
Тут мсье Лео выразительно посмотрел на свою пустую чашку на столе, и комиссар Риво мгновенно засуетился, наливая ему кофе. Милый старик довольно улыбнулся и, сделав несколько шумных, со смаком, глотков, поставил недопитую чашку на стол и откашлялся. После этого он свободно откинулся на спинку кресла, мирно сложив худые руки с длинными пальцами (пальцами художника!) на животе, и взглянул на нас поочередно с дружеской улыбкой.
– Так вот, парня я встретил в Миндальном переулке: он выезжал на своем автомобиле из ворот роскошного особняка. Выехал, ворота закрылись. Это было в самом конце зимы – в феврале-марте. С тех пор я встречал его в разное время, то въезжающим в то самое поместье, то выезжающим из него: дом номер пять по Миндальному переулку. Лично у меня сложилось впечатление, что в этом доме парень жил. Вот и все. Как видите, моя информация очень короткая, но я надеюсь, что она вам реально поможет.
Комиссар несколько секунд смотрел на старика с блуждающей по лицу улыбкой, переводя рассеянный взгляд за окно, на пароход, неторопливо плывущий по серой мрачноватой Сене.
– Мсье Лео, – наконец-то произнес он медленно и вкрадчиво, – а вы не могли бы уточнить, в каком районе Парижа проживаете и где находится ваш лес и этот самый Миндальный переулок?
Старик с очаровательной улыбкой хлопнул себя по лбу:
– Ах я старый дурень! Самое главное совершенно забыл сразу сказать. Я живу в самом тихом и прекрасном районе Парижа, где прошла вся моя жизнь с самого рождения – недалеко от Булонского леса, до которого я и прогуливаюсь. Заходите ко мне в гости, коли будете там, – я непременно угощу вам не менее чудесным кофе!..
