Комиссар лишь вздохнул, поднялся и принялся ходить, заложив руки за спину, по кабинету туда и обратно. Разумеется, чтобы не спугнуть мадам, которая вполне могла организовать слежку за мной либо вести наблюдение самолично, все поиски в саду отца временно были прекращены.
Я вел себя как обычно: утром отправлялся в «Сады», в обед утолял голод в ресторане «Бейрут», где состоялась наша первая встреча с мадам, после чего вновь возвращался в офис; ну, а вечером Ален Муар-Петрухин, безуспешно мечтающий о щедром выкупе за яичко, с тоской сердечной отправлялся домой.
Между тем прошло два дня, а от мадам не было звонка, так что в конце концов занервничал не только комиссар, но и я сам: неужели она не клюнула на мою наживку? Что же она решила предпринять? Наружная слежка за ней не давала ощутимых результатов: как и я, мадам вела нарочито обычный образ жизни – утром прогуливалась верхом по Булонскому лесу, после чего исчезала за воротами своего дома, откуда и носа не казала до следующей утренней конной прогулки.
На третий день, не выдержав, комиссар, нарядившись в парик и пеструю курточку (для конспирации!), до невероятности забавный и чем-то похожий на доброго клоуна, явился ко мне в офис и мрачно устроился в кресле, смоля трубку за трубкой, литрами поглощая кофе.
– Как вы думаете…
Едва он начал сварливым тоном очередную свою реплику, как раздался звонок моего мобильного. В одно мгновенье я почувствовал, как бешено заколотилось мое сердце, и, вздохнув, как можно более спокойным голосом ответил:
– Да, я слушаю…
В ответ мне сначала «прозвучало» напряженное молчание, а затем раздался голос мадам – если бы змеи могли говорить, я бы назвал этот голос голосом кобры.
– Надеюсь, вы меня узнали и представляться не нужно.
– Добрый день, мадам Бишу.
– Добрый. Предлагаю сразу, без лишних сантиментов, перейти к делу. У вас есть то, что принадлежит мне, и вы желаете вернуть это мне за определенное вознаграждение. Я все правильно поняла?
– В общем и целом. Хочу сразу уточнить сумму вознаграждения: сто тысяч евро. Повторяю: не жалкие пять-шесть тысяч – сто. За столь ценное яйцо, по-моему, не так уж и много. Копия Фаберже, я навел справки через Интернет. Не думайте, что я полный профан.
Она усмехнулась.
– Не профан. И с неплохими аппетитами.
Я намеренно резко прервал ее ехидные комментарии:
– У меня два варианта действий: первый – я продаю яйцо вам за указанную сумму, второй – я могу вернуть эту ценность владельцу, а заодно наведу его на ваш след. Думаю, вам не поздоровится, а мне, вполне возможно, дадут вознаграждение за возврат хотя бы части украденного, как вы полагаете? Так что – думайте сами, решайте сами, выбор за вами, а для меня подходят оба варианта.
И вновь в трубке выразительно «зазвучало» молчание. Потом мадам Бишу отрывисто бросила:
– Хорошо, сто штук евро. Приезжайте ко мне, я вас жду.
Тут уж я рассмеялся:
– Нашли дурака! Нет уж, предлагаю совершить обмен чемоданчиками в симпатичном сквере Луи XVI; посидим на скамеечке, поболтаем, полюбуемся на содержимое чемоданчиков, потом обменяемся ими да разойдемся. В том сквере и народ всегда прогуливается – это я так, на всякий случай отмечаю. С вами нужно держать ухо востро.
Очередная пауза.
– Хорошо, – голос мадам неожиданно прозвучал бодро. – Вот только у меня есть свои соображения, потому как и с вами нужно держать ухо востро – вы, как мне помнится, неплохо подружились с парижскими ажанами. Кроме того, я все-таки дама, а мужчина должен уступать слабому полу, – язвительная усмешка. – Итак, я предлагаю заменить ваш симпатичный скверик на Булонский лес – встречаемся на аллее от входа Порт Мюет. Я ощущаю себя увереннее в местах, где бываю регулярно, и Булонский лес в этом отношении для меня как родной. Кстати, после обмена чемоданчиками приглашаю вас покататься на лошадях – масса положительных впечатлений.
– Спасибо, – усмехнулся я. – Предпочитаю кататься на верблюдах. Но давайте не будем отвлекаться от темы. – Я говорил нарочито неторопливо, чтобы дать комиссару возможность направить своих ребят в Булонский лес. – Итак, место встречи – аллея от Порт Мюет. Время?
– Зачем откладывать дело в долгий ящик? – почти промурлыкала мадам. – Встречаемся на месте через полчаса – ровно в пятнадцать ноль-ноль. Идет?
– Попытаюсь прибыть без задержки, – от волнения я облизал враз пересохшие губы, наблюдая за стремительно вернувшимся комиссаром, который, судя по всему, успел раздать инспекторам инструкции. – Яйцо я уложу в фирменный чемоданчик «Садов Семирамиды» – в таких мы перевозим образцы парфюмерии. Прошу и вас культурно оформить мои денежки – и все, пожалуйста, купюрами по сто евро.
– Дорогой Ален, вы рассуждаете как профессиональный вымогатель, – хохотнула мадам Бишу. – Кстати, предлагаю вам называть меня не мадам Бишу, а просто Натали…
И она тут же дала отбой, не дожидаясь моей реакции.
