Лебедушка взмахнула руками, как хлыстами, и потоки рванули ядрами из пушки. Многие недооценивают разрушительную силу воды. И Лебедушка покажет, как они ошибаются. Они не смогут отбить эти атаки.
Улыбка озарила ее лицо — она ее почувствовала: как щеки напряглись и загорелись. Сдохните вы все! Оставьте их счастье с князем в покое! И… резкий холод сдавил горло. Лебедушка опустила глаза: снизу вверх на нее смотрела Снегурочка. Бесстрастное лицо внушало настоящий ужас. Ледяная рука сжимающая длинную красивую шею.
— Я поняла. Это должна сделать я, — тихо произнесла она.
Щелчок, темнота. И легкость. Непередаваемая невесомость охватила все тело. Она умирает? Надо же… это так приятно после бесконечных мучительных дней наконец ощутить полное умиротворение и спокойствие. Надо было просто умереть.
— И что это было? — развел руки Илья, когда наконец все закончилось. — На кой черт оно нам надо было! Мы чуть не погибли!
— Ты же и не надеялась, Марья, что Лебедушка согласится к нам присоединиться, — задумался Добрыня. — Ради чего же мы шли сюда?
— Ради того, чтобы убедиться в словах деда. Теперь я готова идти на край света, — немного помолчав, богатырша добавила, — и на смерть.
Она перевела взгляд на Снегурочку, которая беспристрастно мыла руки в Белом озере, оставляя кровавые разводы на водной глади. Она и правда была похожа на звереныша: мало говорила, опасливо глядела, но инстинктивно понимал когда и что должна сделать. Какое страшное оружие в руках сумасшедшего деда.
— Немедля готовь для меня коня! — приказала Василиса, лишь дочитав письмо от Григория. Она нервно ходила по комнате и переваривала полученные новости. С самого начала чувствовала, что стоит держаться поближе к деду, потому что глаза его излучали чудовищную непредсказуемость. И вот оно случилось.
Григорий в письме рассказал: старика привезли в замок и сразу отправили в Кощею. С первого взгляда у этих двоих возникла неприязнь. Они говорили непонятными изречениями вроде прибауток и поговорок, смысл большинства из которых Григорий не знал или не понимал, поэтому содержание их перепалки осталось для него тайной. Однако разошлись они оба в дурном настроении.
Кощей сказал, что Дед Мороз — «ленивый присосок» и «тунеядствующий алкаш», и отправил его в темницу исполнять свое предназначение: быть приманкой для Снегурочки. Настеньку Кощей принял в качестве кухарки и дал наказ спаивать деда, чтобы до появления ледяной царевны, он не просыхал и не пытался освободиться из темницы.
А сам Дед Мороз сбегать и не собирался. Уже, сидя за решеткой, он передал Григорию следующие слова: «Скажи царевне, что батя ее — остолоп-обыкновенный, узколобый и скучный. В союзниках я предпочту видеть такую авантюристку, как она сама. Пусть вступает в армию Кощея против моей внучки, а после я все Вечное Царствие отдам в руки Василисы и мужа Ивана покажу».
И вот уже Василиса сидит верхом на коне и лихо скачет в сторону владений Кощея. Так ли она отчаялась, если при одном только мановении пальцем, уже летит в сторону сомнительных приключений. Нет, в вечное царствование не поверила бы, не поднялась бы с постели ради этого. Широко бы зевнула и все. Мало ли каких золотых гор мужчина может наобещать женщине.
Мужа покажу. Ивана. Василиса знала, что из всего сообщения — эти три слова были самыми главными. Откуда Дед Мороз знал тайные желания сердца Василисы: увидеть мужа вновь. И даже имя! Что будет делать сама царевна при встрече — вопрос не второй и даже не третий. Будет это минута ненависти, боли или любви — тоже тайна. Но Иван ей нужен был: дурацкий вид его, деревенский говор и простота мыслей.
Словно скорченные от боли деревья проносились мимо, а резвый конь потоптал не только и без него умирающую траву, но и, кажется трупаков, коряг, парочку заблудившихся анчуток. Василиса не отрывала взгляда от приближающейся скалы. Ей вспоминалось, как она виделась с мужем в последний раз. Он тогда удивил неожиданно мудрой фразой: «Всякая летучая мышь теряет зрение при свете». Это он намекнул на то, что знает, чем жена занимается в свободное от домашних дел время. На казни Василиса мужа не видела. Был ли он там вообще? Смотрел ли, как горит женщина, которая, не взирая на все его недостатки, была верна. Прежняя, земная Василиса не умерла, в груди кусался червь обиды.
К вечеру она добралась до могучей скалы Кощея. Замок — вернее было бы сказать. Но пусть отец сам себя обманывает, для Василисы он навсегда останется жадным, обидчивым и мелким человеком, который примеряет свою филейную часть к трону царя.
Скелеты вновь сидели на своем месте при входе:
— О те раз! — у одного отвисла челюсть.
— Я так часто царевен не встречал за всю… СМЕРТЬ!
Оба они разгоготались. Василиса и не взглянула на них. Промолчав, она распахнула ворота точно хлипкую калитку и тут же наткнулась на Григория, как будто бы он ждал ее. А на лице — печаль разочарования.
— Вы все-таки приехали, госпожа.
— Быстро веди меня к деду, — не стала церемониться Василиса.
— Не стоит вам с ним общаться лично, — говорил Григорий нежным голосом.