— Тебе нужно, ты и стройся, — сказал один из них и сплюнул мне под ноги.
На подобный случай у меня теперь имелось чем ответить. Я мысленно приказал Юри провести болевую «терапию», которая входила в перечень стандартных прав командира отряда.
Дружок Крола тут же упал на пол и заорал. Его выгнуло дугой, на губах появилась белая пена. Люди из отряда Крола бросились к наказанному товарищу.
— Его мучения закончатся сразу, как только вы построитесь в шеренгу, — громко и твёрдо сказал я.
— Да пошёл ты к гхарку!
Ещё один из бывших людей Крола упал на пол и забился от боли.
— Мне не доставляет удовольствия наказывать, но теперь я командир этого отряда, и я отвечаю за вас. Нравится это вам или нет…
Сразу трое бойцов бросились в мою сторону, чтобы хорошенько отметелить. Но не добежали. Все трое упали на пол, получив болевой удар из браслетов.
— Есть ещё желающие? — спросил я.
Желающих больше не оказалось. Бывшие люди Крола выстроились во вторую шеренгу сразу за «моими» бойцами. В этот же момент я отключил болевые импульсы у тех, кто корчился от боли на полу.
— Встать в строй! — приказал я.
На этот раз только один из них решил огрызнуться, за что и поплатился. Зато остальные четверо безропотно встали в строй.
Несколько секунд дружок Крола корчился на полу, после чего я попросил Юри прекратить.
— Только так и можешь… — с ненавистью прорычал бугай, чьего имени я так и не успел запомнить.
— А ты хочешь по-другому? — спросил я.
— Хочу разорвать тебя на части…
— Тогда попробуй, — я махнул рукой, чтобы остальные бойцы не мешали.
— Рейн, наподдай ему, — крикнул кто-то. Я обернулся и увидел одного из перебежчиков. Не знаю, чем я у него вызвал подобную ненависть, но парень её не скрывал.
— Вот сейчас ты пожалеешь, что согласился! — взревел бугай и бросился на меня.
Противник находился около пика этапа тела и двигался стремительно. Я едва успевал уклоняться и отбивать удары. Почувствовал дуновение ветра от пролетевшего рядом с ухом кулака. По сравнению с Хенком, с которым я сталкивался в камере не один десяток раз, этот действовал слишком глупо, пытаясь задавить напором и массой.
Я понемногу отступал, пытаясь понять противника и его тактику. Моя победа должна быть убедительной — такой, чтобы в следующий раз ни у кого не возникло желания выходить со мной один на один. Поэтому я кружился волчком, не позволяя ему дотянуться.
— Дерись! — взревел Рейн, расставил руки и бросился вперёд, стараясь повалить меня на пол, где у него появится явное преимущество за счёт массы тела.
Но и я ожидал чего-то подобного. Резко ускорился и поднырнул под руку, одновременно ударив противника в колено. Незажившие после боя в казарме костяшки вспыхнули болью, но вот Рейну стало намного хуже. Он с криком упал на пол и схватился за повреждённую конечность.
— Продолжим? — удивлённо спросил я, когда увидел, как противник с трудом пытался подняться. Пострадавшая нога слушалась плохо, но Рейн, сцепив зубы, решил продолжить бой.
— А как же! — рыкнул Рейн и заковылял в мою сторону.
И всё же я тоже попался. Посчитал, что противник больше не может оказывать достойного сопротивления, и нарвался на прямой удар в челюсть.
— Не нравится! — с горящими от азарта глазами спросил Рейн.
— Недооценил, — признался я.
— Это ещё не всё, что тебя ждёт.
Несмотря на угрозы со стороны противника, мне потребовалось всего около двадцати секунд, чтобы ещё несколько раз подловить противника и отправить его на пол.
— Хватит, ты проиграл, имей мужество признать это, — сказал я, когда Рейн в очередной раз оказался на полу.
— И что, подчиниться тебе? — спросил он.
— Другого выбора у тебя всё равно нет.
— Иди ты *****! — выругался он и вновь попытался встать, но не смог. Получившая уже два удара нога отказывалась удерживать тело.
Чего у Рейна не отнять, так это жажды победы и звериной стойкости. Он понимал, что проиграл, но всё равно продолжал сопротивляться. На миг я даже испытал уважение к стойкому бойцу. Не знаю, смог бы я с подобным остервенением продолжать схватку, получив такие повреждения…
— Ты и ты, — обратился я к двум бойцам из бывшего отряда Крола, — забирайте его и тяните в медблок. Пусть его подлатают.
— Мы с тобой ещё не закончили! — чуть ли не взревел Рейн, но я пропустил это мимо ушей, так как двое бойцов подхватили его под руки и потащили в сторону выхода из казармы.
— А теперь строимся! — сказал я.
Люди, что до этого с интересом наблюдали за схваткой, зашевелились.
— А умалишенной что, не нужно выполнять приказы? — спросил один из перебежчиков и кивнул в сторону русоволосой, что стояла в нескольких метрах от меня.
— Во-первых, её зовут Аника. И да, ей не обязательно. Или ты хочешь оспорить решение командира этого отряда? — я махнул рукой, будто приглашая парня выйти в центр и повторить попытку Рейна.
Несмотря на недовольный взгляд, парень остался на месте.
— А теперь поговорим о том, как мы будем с вами жить. С этого дня мы единый отряд, нравится это вам или нет.
