Райкомовцы и партизаны Логойщины жили в те дни радостной вестью: спецотряду «Димы», который располагался в здешних лесах, удалось расправиться с палачом белорусского народа, «генеральным комиссаром» Белоруссии Вильгельмом Кубе. Эта сложная операция была разработана командиром спецотряда Давидом Ильичом Кеймахом совместно с начальником штаба отряда Дмитрием Федоровичем Чуприсом и начальником разведки и контрразведки Яковом Ивановичем Свентаржицким.
Нужно сказать, что организацией покушения на гитлеровского наместника занимались несколько городских подпольных групп и партизанских отрядов, находившихся вблизи Минска. Было разработано много вариантов. Наиболее верный путь достижения цели выбрал отряд «Димы», который первым и добился успеха. Разведчики правильно решили, что убийство палача надо совершить с помощью его прислуги. Кубе держал целый штат служанок, горничных, уборщиц, поваров, кухонных рабочих. Среди них были советские женщины, в том числе Елена Мазаник, работавшая горничной. Можно себе представить, с какой тщательностью и придирчивостью подбиралась челядь для «фюрера Белорутении»!
— Птички еще те, как пить дать, на провокатора нарвешься, — поговаривали некоторые товарищи из руководства отряда.
«Дима» — Давид Ильич Кеймах — рассуждал иначе. Он считал, что среди прислуги Кубе могли быть и изменники, добровольно переметнувшиеся в лагерь врага. Но наверняка есть и такие, которые остались честными советскими людьми. Это мнение, разумеется, было правильным. Его разделяли и Чуприс, и Свентаржицкий.
У «димовцев» в Минске была широкая сеть разведчиков-диверсантов, которые вели регулярную разведку воинских объектов, баз и штабов. Народные мстители усиленно готовились к нападению на армейский штаб, который днем находился в городе, а на ночь располагался в бронепоезде, стоявшем на станции Степянка. Руководители спецотряда «Димы» рассматривали операцию по убийству Кубе как составную часть общего плана уничтожения высших чинов, работавших в армейском штабе и «генеральном комиссариате Остланда». По предложению Дмитрия Федоровича Чуприса подготовку к убийству Кубе поручили одной из групп минских подпольщиков, возглавляемой Марией Борисовной Осиповой. В этой группе состоял бежавший из плена военнослужащий Красной Армии Николай Похлебаев по кличке «Чиль». Кеймах и Свентаржицкий посоветовали Марии поговорить с Николаем и предложить ему познакомиться с горничной Кубе Еленой Мазаник, узнать, способна ли она пойти на опасное дело и осуществить его. «Чиль» охотно взялся за поручение. Он сначала познакомился с сестрой Елены — Валентиной Щуцкой, которая и помогла ему встретиться с самой Еленой.
— Партизаны надеются, что вы не будете стоять в стороне от борьбы с врагом, — воспользовавшись удобным моментом, сказал ей Николай.
— Я — советский человек, — ответила Елена.
— Хорошо. Я познакомлю вас с людьми, которые скажут, что делать.
Через несколько дней Николай познакомил Мазаник с Марией Борисовной Осиновой, которая и повела разговор об убийстве Кубе. После некоторой проверки друг друга Мария и Елена приступили к делу. Они передали в спецотряд «Димы» все сведения, необходимые для организации покушения на палача: систему охраны особняка, время смены караулов, распорядок дня фашистского гауляйтера. Давид Ильич и Яков Иванович тщательно проанализировали десятки вариантов сложной операции и остановились на одном: Елена должна пронести в особняк мину с часовым механизмом и подложить ее в постель Кубе. Боевой план предусматривал доставку Елены и ее родственников в партизанскую зону.
Командир отряда знал, что участники диверсии встретятся с огромными трудностями. Однако он спокойно посылал людей на опасную и рискованную операцию, так как был уверен: партизаны, привыкшие к исключительной четкости и дисциплинированности в работе, не сделают ни одного неосмотрительного шага.
В сентябре 1943 года, когда все было готово к убийству Кубе, Мария Борисовна Осипова прибыла в деревню Янушковичи на Логойщине и получила от коменданта деревни партизана-разведчика Петра Трашкова магнитную мину. Трашков проинструктировал, как обращаться с миной, ставить ее на боевой взвод. Мария положила мину на дно корзинки, присыпала брусникой, прикрыла тряпкой, поверх которой положила два с половиной десятка яиц и курицу, и вместе со своей подругой Марией Грибовской направилась в Минск. На окраине города они были встречены подпольщиком Николаем Прокофьевичем Дроздом. Он взял корзину и унес к себе домой.
20 сентября Мария Борисовна встретилась с Еленой и передала ей мину, показав, как надо устанавливать ее на боевой взвод. Женщины попрощались.
— Спокойней, Аленка. Главное — спокойствие, — напутствовала Мария Борисовна.
— Я должна сообщить, Мария, — сказала Мазаник. — На днях ко мне приходила Надежда Троян из бригады «Дяди Коли» с предложением убить Кубе.
— Хорошо, хорошо, — кивнула головой Осипова. — На тебя не только мы с Надей — весь народ надеется. Иди.