Несколько мгновений Отшельник смотрел на нее, затем быстрым шагом направился к выходу. Сая проводила его взглядом. Слышно было, как где-то в соседней комнате загрохотала падающая утварь; затем раздался плеск наливающейся воды. Наконец, Отшельник вернулся, таща за собой наполненный до верхов ушат воды, который он с грохотом поставил перед Сайарадил. Вода плеснула хрустальным звоном; едва глянув на нее, Сая ощутила запах высушенной солнцем гальки на речном берегу. Отшельник между тем, оглядевшись, схватил валяющийся на полу нож, и, резким движением полоснув себе ладонь, сжал кулак над ушатом.
Сая поморщилась: вода сразу же стала соленной.
– Твоя вода, моя кровь. Точно так же, как кровь растворилась в воде, став ее частью, мои знания, магия и жизнь будут принадлежать тебе. Распоряжайся ими, как хочешь! – торжественно сказал он и, видя недоумение Сайарадил, подсказал: – Чтобы принять клятву, тебе нужно омыть порез…
– Я принимаю твою клятву, – осторожно сказала Сая и, зачерпнув ладонью, омыла кровоточащую ладонь водой.
– И выпить все до дна! – закончил Отшельник.
– Все? – ужаснулась Сая, оглянув увесистый ушат, прежде чем заметила ехидную улыбочку Отшельника.
Вода в ушате плеснула, окатив его недовольной волной. Сая удивленно расширила глаза.
– Ее голос, – прошептала она. – Я слышу… Слышу!
Со всех сторон, поблизости и издалека, из-под земли и даже с неба доносился звонкий плеск. Стихия, не признающая формы и границ, текучая или застывшая, то спокойная, то стремительная, звенела сотней голосов, переливалась, смеялась и кричала! Это была песня Воды – песня, которую она пела для пробудившегося мага, связанного с ней незримыми узами.
Слезы навернулись на глаза, и Сая не стала их сдерживать. Вода ответила восторженным грохотом – так разбиваются о камни струи водопада, упавшие с огромной высоты. Не скрывавший своего счастья Отшельник пританцовывал, размахивая руками; на шкуры падали капли крови.
На все еще нетвердых ногах Сайарадил двинулась на улицу, где жадно вдохнула сырой утренний туман. Ей стоило лишь подумать о воде – и та налетела, завиваясь вокруг спиралями. Каждый новый шаг Сайарадил становился уверенней, а клокотавшие вокруг водные струи – толще. И вот, наконец, она сорвалась на бег и была тут же подхвачена широким водным потоком. Сая закрыла глаза, доверив воде нести себя: вперед, сквозь плотную стену деревьев, косматые ветви которых грозили хлестнуть по лицу, мимо потревоженных птиц – к долине, над которой поднимался дым. Дорогу ей преграждала каменная гряда. Взбираться вверх или пройти через пещеры? Сая представила, как клокочущий водный поток устремляется в пещеры – и тут же увидела, что через темные ходы навстречу воде пробираются цепочкой женщины и дети; увидела жену Райзаба, ведущую их; сосредоточенную Райхану, на руках которой висли перепуганные малыши. Они замерли, услышав плеск приближающейся воды; дети вцепились в матерей; Райхана успела подхватить двоих малышей на руки, когда водный поток накрыл их… Сайарадил ужаснулась, отгоняя непрошенное видение. Нет, только не через пещеры! Гряда была уже совсем рядом; а там, в долине за ней, горстка мужчин, ощетинившихся мечами и амулетами, сгрудилась у озера. Погодите-ка… Озеро!
Убежище изгоев окружала целая сеть ручейков и озер, соединенных подземными протоками. Это ли не благословение Великого неба?
***
Серое утреннее небо было озарено отсветами пламени. Пытаясь выиграть время, изгои подожгли вход в ущелье, облив дозорные укрепления медвежьим жиром, который запасали на зиму. Из-за утренней сырости и тумана огонь спал быстрее, чем рассчитывалось. Помня, что им нельзя вступить в прямую схватку, а нужно лишь потянуть время, изгои отступили в глубь. Судя по тому, что через время в воздухе запахло гарью, стражники вошли в долину; судя по всему, они несколько домов на краю поселения. Изгои прекрасно понимали, что если огонь не потушить, то он в скором времени перекинется на соседние деревянные дома – так начнется пожар, в котором сгорит все поселение.
Но ничего другого, кроме как ждать, изгои не могли сделать.
Ожидание тянулось уже несколько часов. Над горной грядой зарозовело небо – начался новый день. В долине стояла мертвая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием пожара вдали. Изгои отступили подальше от огня – к озеру. Впереди был враг, позади поблескивала водная гладь. Больше отступать было некуда, разве что пускаться вплавь; изгои осматривали оружие, готовясь принять бой.
Сантар сидел на траве у берега, напряженно вглядываясь в далекие дома на окраине: пару раз там промелькнули темные силуэты.
– Почему они медлят? – рассуждал вслух Райзаб.
– Бояться! Нас ведь больше, – хмыкнул Бьён.
