Нур, согнанный с законного места на плече, взлетел вверх к кронам деревьев. Сантар едва вспомнил о птице. Сайарадил оказалась легкой, держалась за шею аккуратно, давай ему идти быстро – но солнце бежало по небу быстрее. Кроны осенних деревьев в свете заката отливали рыжим багрянцем; под их освещенной солнцем сенью темнота леса казалась еще глубже. Но Сантара это не останавливало – он хорошо знал лес и прекрасно видел в темноте, поэтому уверено огибал заросшие мхом кочки и предательски торчащие из земли корни деревьев.
– Здесь, – сказала ему на ухо Сая.
Опустившись на землю, она взяла у Сантара из рук прут и прошла немного вперед, но споткнулась о корягу. Сантар дернулся было к ней, но Сая остановилась его жестом. Двигаясь на ощупь, она подошла вплотную к раскидистой ели, меж нижних ветвей которой попыталась воткнуть последний прут. Земля оказалась неожиданно твердой – прут падал под собственной тяжестью, стоило только его отпустить. Но Сая не сдавалась, давя на прут всем своим телом, пока последний прут не погрузился в землю почти на половину.
В просвете между кронами все еще светлело розовое закатное небо.
– Успели, – облегченно выдохнул Сантар.
Сая отпустила прут и, запрокинув голову вверх, долго вглядывалась в темные кроны, затем перевела взгляд на руки и облегченно улыбнулась. Глаза ее вновь стали голубыми.
– А я-то думал, маги только и делают, что сидят на пушистых коврах и жгут благовония, – усмехнулся Сантар; тревога отступила, и ему хотелось смеяться.
– Обычно так и происходит, – подтвердила Сая, в любой миг готовая расхохотаться.
Тринадцать прутов, установленных по кругу с центром с долине, в темноте подступающей ночи горели для нее ярче, чем пламя факелов. Закрывая глаза, Сая видела каждый из них. Линия прутов замыкала круг, возводя вокруг Убежище невидимую стену: шит, созданный из ее энергии. Он не защищал, но укрывал все то, что было нужно магу-создателю, наводил иллюзии и создавал видения… Уроки наставника Арамил не могли пройти даром!
А еще щит высасывал силу, медленно, по капле. Зрение восстановилось, хотя контуры предметов плыли – но об этом Сайарадил предпочла молчать.
– Тебе нужно поесть, – Сантар выудил из сумки хлеб и вяленую оленину.
– Разве нам не лучше быстрее вернуться? – сказала Сая, разламывая краюху пополам.
– Помнишь подходы к пещерам? Там несколько крутых подъемов, – Сантар взял протянутую ему половину. – Днем еще ничего, а вот ночью можно с легкостью сорваться. Переночуем здесь, а с рассветом вернемся в Убежище.
Сайарадил огляделась. Солнце село, и дикий лес вокруг превратился в единую черную стену.
– Нужно собрать хворост для костра, – сказал Сантар ободряюще: ночной лес совершенно не пугал его. – Или ты можешь сотворить магическое пламя?
– Это вряд ли! Я не очень-то дружу с огненной стихией, – хмыкнула Сая, вспомнив тренировочный огонь в храмовых чашах.
– Неужели это правда? – спросил Сантар, собирая сухие ветки вокруг. – Стихии враждуют друг с другом, словно люди из разных народов?
– Тебе тоже кажется, что стихии похожи на людей? – улыбнулась Сая. – Огонь и вода не могут существовать вместе, так же, как небо и земля никогда не соединяться. Я не люблю огонь, а где-то в этом мире может жить человек, который недолюбливает воду! Быть может, если мы встретимся, то не понравимся друг другу так же, как вода огню.
Собранный хворост они перенесли на небольшую прогалину между деревьев.
– Значит, у нас теперь щит такой же, как в Большом городе? – спросил Сантар, умело разводя костер и располагая вокруг их нехитрые пожитки.
– Этот щит похож на третий защитный круг Эндроса. Всего город окружает четыре круга, – поделилась Сая, подсаживаясь к огню. – Первый круг немагический; его составляют четыре обелиска, один из которых установлен в море и служит маяком. Второй круг охватывает земли, прилегающие к крепостной стене: порт, пашни, торговые склады. Он состоит из восьми гранитных стел, на которых высечены отрывки из священных текстов; большую часть из них невозможно прочитать, потому что они были написаны магами древности. Стелы служат не для того, чтобы останавливать вражескую магию, а чтобы ее засечь, – Сайарадил вспомнила восемь широких плит с закругленной вершиной, которые видела лишь на рисунках. – Третий круг – двенадцать металлических шпилей у крепостной стены; тринадцатый шпиль установлен на башне Храмовой школы. Металл хорошо проводит энергию, которой его наделяет маг. Если второй круг создан, чтобы засечь магию, то третий круг останавливает ее. Хотя, конечно, против мощной атаки он не выдержит. Что же касается четвертого круга… Я знаю только то, что он идет вокруг Старого города, и его заряжают наставники. Думаю, если стена Старого города выстроена древними магами, то и четвертый щит мог быть создан ими же. Каждый месяц стену проверяет сам Верховный, что тоже неспроста.
– Ты когда-нибудь видела Верховного жреца?
