Молодец. Я могу тебе честно сказать, что даже рад провалу обоих твоих свиданий?

Выражение ее лица смягчилось, на нем появилось смущение.

– Разумеется, можешь.

Нужно было отправляться на прогулку, иначе он затащит ее на заднее сидение и начнет целовать до потери памяти. Флинн осмотрелся и кивнул в сторону тропы.

Готова?

Она протянула ему руку. Он уставился на нее.

Улыбка в ее взгляде появилась гораздо раньше, чем на губах.

– Это нормально – держаться за руки на первом свидании.

Черт, она его просто убила! Флинн достал из ее сумки спутниковый телефон и пистолет с транквилизатором, бросил их в свой рюкзак, повесил себе за плечи, а сумку убрал обратно в багажник. Потом взял Габби за руку и переплел свои пальцы с ее. Она сжала его ладонь, и они отправились в путь.

Кипарисы, в честь которых и была названа эта тропа, тут же поглотили их. Под зеленым пологом деревьев температура опустилась почти на десять градусов. Стволы росших здесь сосен были толще их обоих, вместе взятых, отчего Габби казалась Флинну маленькой феечкой среди гигантских деревьев. Запах хвои смешивался с запахом торфяного мха, создавая свежий бодрящий аромат, который окончательно успокоил Флинна.

Он расслабился и просто пошел рядом с ней, держа за руку, как они делали уже тысячу раз. Флетч следовал за ними по пятам. Они где-то на милю углубились в лес, когда тропа начала сужаться. Флинн пропустил Габби вперед, чтобы она не соскальзывала с тропинки, и вместе с ней начал взбираться по каменистому склону к месту, откуда открывался ее самый любимый вид. Он его тоже очень любил, но не так сильно, как поляну около отвесного утеса, откуда был прекрасно виден Тихий океан.

Габби остановилась наверху около скопления валунов. Здесь лес заканчивался, и потоки солнечных лучей освещали ее со всех сторон. Флинн машинально выхватил из карманы мобильный и сфотографировал ее, пока она стояла к нему спиной, а затем сделал еще несколько шагов и встал рядом с Габби.

– Боже, как я люблю это место.

Я тоже, – показал он жестом, не сводя с нее взгляда.

Она умела находить прекрасное во всем, и в этом заключалось одно из ее поразительных достоинств. И неважно, было ли это чем-то важным или абсолютно незначительным. Например, пейзаж, который он видел тысячу раз и воспринимал как нечто само собой разумеющееся. А она заставляла взглянуть на него по-новому, как будто в первый раз. В мире, где люди редко останавливались, чтобы ощутить происходящее вокруг, Габби всегда могла отыскать новые нюансы.

Она искоса посмотрела на него, ее губы изогнулись в радостной улыбке.

– Только посмотри, какой вид!

Я смотрю.

Флинн заставил себя отвести взгляд от Габби и, чтобы сделать ей приятное, обратил его к выступу скалы.

Открывавшаяся перед ним панорама была окутана тонкой пеленой тумана. Слева он едва мог различить океан вдалеке, справа стеной возвышались голые скалы Берегового хребта, на небольших уступах которых росли ели и сосны.

– Так тихо. – Она взглянула на него и прищурилась. – Не нужно так на меня смотреть. Да, здесь очень тихо. Ты не можешь этого услышать, но способен чувствовать определенные звуки. Неужели не ощущаешь этого безмолвия?

Она была права. Полностью права, но Флинн даже под страхом смерти не мог стереть улыбку со своего лица. Габби знала его настолько хорошо, что сама почти могла прочувствовать, что такое быть глухим, ведь она столько лет изучала эту особенность. Она прекрасно понимала его, с ней было хорошо и спокойно, однако Габби до сих пор удавалось поражать его самым невероятным образом. Как, например, в такие моменты.

Габби вздохнула.

– Ничего, кроме звуков природы. Жаль, ты не можешь их услышать и сравнить с городским шумом. Это нечто совершенно иное. – Взобравшись на плоский валун, она развернулась к нему лицом и села, вытянув перед собой ноги.

Флинн достал из рюкзака вкусняшку для Флетча и жестом велел ему оставаться на месте. Затем тоже забрался на валун и, расположившись рядом с Габби, убрал прядь волос ей за ухо.

Опиши мне их.

Она удивленно моргнула.

– Описать звуки природы?

Кивнув, он прижал руку к ее груди, там, где находилось сердце, и слегка похлопал по ней.

Вот так я ощущаю в музыке басы. А теперь расскажи мне… о тишине.

Она скрестила ноги и подвинулась к нему поближе, пока они не соприкоснулись коленями.

– Что ж, когда только выезжаешь из города, кажется, что ты в вакууме. – Она прижала ладони ему к ушам и надавила на них. – Чтобы привыкнуть к отсутствию шума, требуется время.

Он понимающе кивнул.

– Затем, через какое-то время, ты начинаешь слышать тихие звуки вроде шагов животных. – Она постучала кончиками пальцев ему по затылку, от чего по телу у Флинна побежали мурашки. – Отсюда можно услышать тихое журчание воды в реке. – Она зигзагом провела пальцами по его груди.

Продолжай, – улыбнулся он.

Перейти на страницу:
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже