Когда же Дрейк продолжил спокойно смотреть на нее, желая получить ответ на вопрос, она пожала плечами.
– Габби… – начал он.
– Случился твой брат, вот что! – фыркнула Зоуи. – Она так расстроилась и расклеилась, потому что он оказался ничем не лучше других мужчин.
Дрейк перевел свой недовольный взгляд на Зоуи.
– Давай ты будешь толкать свои феминистические лозунги где-нибудь в другом месте. Мы присоединимся к тебе чуть позже.
Зоуи сложила руки на груди и широко расставила ноги.
– Очень смешно.
Он переключил внимание на Габби.
– Я не расклеилась. Только чуть-чуть размякла…
Этого еще не хватало, неужели ее желание немного отвлечься было чем-то невыполнимым?
– Не хочу об этом говорить.
Он по-прежнему неподвижно стоял перед ней, засунув руки в карманы потертых джинсов и всем своим уверенным видом давая понять, что никуда не уйдет.
Внезапно Габби осознала, как сильно отличались друг от друга братья О’Грейди внешне. Почти черные волосы Дрейка были аккуратно подстрижены над ушами, а его глаза были цвета насыщенного какао, в то время как у Флинна волосы длиннее, золотистые с рыжиной, а глаза – зеленовато-карие. Кейд был голубоглазым со светло-русыми, вечно всклокоченными волосами. Но все трое – высокие, около шести футов, с хорошо очерченными, как у матери, скулами и широким, как у отца, подбородком. Поджарые, мускулистые. Характер у них тоже сильно отличался. Кейд был озорным и очаровательным. Флинн – саркастичным и остроумным. Дрейк – задумчивым и внимательным. Но все они обладали одной общей чертой, которую Габби никогда не воспринимала как должное и очень уважала их родителей за то, что привили ее своим сыновьям, – все трое умели самозабвенно любить. Своих родных, друзей или даже домашних животных – мальчики О’Грейди никогда не стеснялись своих чувств и не считали проявление привязанности чем-то ниже своего достоинства. А если они влюблялись, то это было навсегда. На всю жизнь.
С Дрейком ей было не так уютно, как с Флинном, но Габби никогда не сомневалась, что он заботится о ней. И этот встревоженный взгляд говорил о том, что его огорчал разлад между двумя дорогими ему людьми.
После напряженной паузы он кивнул.
– Просто скажи мне, если понадобится надрать ему зад.
Она улыбнулась, но, прежде чем успела что-нибудь сказать, Дрейк обвел взглядом помещение и спросил:
– Есть соображения, что здесь нужно делать?
Зоуи с кривой усмешкой вытащила из кармана джинсов сложенный вчетверо лист бумаги.
– Эйвери составила подробный план и даже все разметила по цветам.
Дрейк усмехнулся.
– Наша девочка не изменяет привычкам. – Он забрал у Зоуи листок и развернул. – Я начну расставлять столы.
Зоуи отправилась за ним на склад.
Габби огляделась по сторонам. В последний раз она была здесь на балу в честь Дня святого Валентина. Большой светлый и просторный зал ботанического сада сочетал красоту живой природы с тонким изяществом современной архитектуры. Это было длинное прямоугольное помещение, к которому с одной стороны примыкал атриум, а с другой – глухая стена. Вход с улицы через небольшое фойе, прямо напротив него – встроенный бар. На полу – полированный паркет, на потолке – деревянные балки.
Много лет назад здесь состоялась свадьба Дрейка и Хизер, Габби тоже хотела устроить свою свадьбу в этом месте. Как и все девушки, она мечтала о красивом платье и свадебном торте, думала, какую сделает прическу и в каких цветах оформит зал.
В груди закололо от внезапно нахлынувшей тоски – ей так сильно не хватало Флинна. Она закрыла глаза и сосредоточилась на дыхании. Они расстались меньше суток назад, но казалось, что прошла целая вечность. Ей так хотелось узнать, о чем он прямо сейчас думал, чем занимался.
Если быть честной до конца, все в их отношениях – от дружбы до романтики – проходило на удивление гладко. Непринужденно. Она не знала, что делать и следует ли. Прошлым вечером он сказал, что ему нужно подумать, но в ее сердце не было сомнений. Это он решил поставить их отношения на паузу.
Вернулись Зоуи и Дрейк. Габби покачала головой и взялась за работу.
До середины дня они украшали зал. Поставили столы, постелили на них белые льняные скатерти. Повесили на потолочные балки гирлянды, как указала в своей записке Эйвери. Свечки в стаканчиках на блюдцах цвета лаванды добавили в обстановку уюта и романтики. А на следующий день должны были привезти цветы от флористов.
Потом Зоуи отвезла Габби домой, где та приняла душ и, чтобы немного поднять себе настроение, надела светло-желтое платье. Без бретелек, с облегающим лифом и свободной юбкой чуть выше колена. Она дополнила образ белыми балетками, распустила и причесала волосы – они теперь падали ей на спину свободными волнами. Все это время Флинн не выходил у нее из головы. С прошлого вечера они не разговаривали, и она сомневалась, что ее внешний вид внезапно ошеломит его и заставит одуматься, но ей хотелось выглядеть красивой ради него.