Все, кому было дано задание, кивали, и Патрик усилием воли заставил себя расслабиться, опустить плечи. От гнева он чувствовал себя как натянутая струна, сердце колотилось в груди. Стресс и напряжение могли привести к катастрофическим последствиям, а ему категорически не хотелось оказаться сейчас в больнице. Такого они сейчас просто не могли себе позволить.
Сердце снова забилось ровнее, и Патрик с облегчением выдохнул.
– Я попытаюсь поговорить с Каримом. Он, конечно, в шоке, но, если повезет, может быть, нам совместными усилиями удастся внести ясность.
Оглядев понурые лица, он кратко закончил:
– Сделайте все от вас зависящее, и мы снова направим следствие по верному пути. Мелльберг и раньше подносил нам сюрпризы, они будут и в дальнейшем. Тут мы мало что можем сделать.
Не дожидаясь ответа, Хедстрём взял блокнот и пошел в тот конец участка, где находились камеры. Когда проходил мимо стойки, раздался звонок в дверь, и он пошел открыть. На пороге стоял взбешенный Билл Андерссон, и Патрик мысленно вздохнул. Этого он и боялся. Сейчас начнется.
Уложив детей пораньше, Эрика устроилась на диване с бокалом красного и плошкой орехов. Она проголодалась, и ей следовало бы приготовить себе что-нибудь посытнее, но так скучно было готовить только для себя, а Патрик прислал сообщение, что будет поздно.
Несколько папок, хранившихся у нее на рабочем столе, она прихватила с собой, чтобы еще раз полистать их. Нужно время, прежде чем все сведения отложатся в голове. Для этого Эрика постоянно перечитывала статьи и распечатки и вынимала фотографии, пытаясь взглянуть на них новыми глазами.
Поразмышляв минутку, она потянулась к папке с надписью «Лейф». Без сомнений, он станет главным героем ее книги, однако есть немало вопросов, на которые предстоит найти ответ. Почему он изменил свое мнение? Почему от полной убежденности в том, что Хелена и Мария убили Стеллу, пришел к сомнениям? И почему покончил с собой? Депрессия в связи со смертью жены – или нечто другое?
Эрика достала копии протоколов вскрытия и фотографии мертвого Лейфа. Он лежал головой на столе в своем кабинете, рядом с ним стоял бокал с виски, в правой руке зажат пистолет. Лицо было повернуто к пистолету, большая лужа крови вытекла из виска и застыла у него под головой. На виске виднелась рана, глаза были открытые и остекленевшие. По данным вскрытия, он был мертв уже несколько суток, когда один из сыновей обнаружил его.
По словам детей, пистолет принадлежал ему, что подтверждалось и данными регистрации. Лейф получил лицензию, когда на старости лет увлекся спортивной стрельбой.
Эрика перелистала бумаги в поисках отчета баллистической экспертизы, но не нашла его. Она нахмурилась. Ее это встревожило – она знала, что получила все материалы, касающиеся его смерти. Либо анализ пистолета и пули не был проведен, либо отчет затерялся. Потянувшись за блокнотом, который всегда лежал под рукой, Эрика написала: «Баллистическая экспертиза» – и поставила вопросительный знак. У нее не было никаких причин подозревать, что со следствием по поводу самоубийства Лейфа что-то не так, – просто ей не нравилось, когда в пазле недостает фрагментов. Во всяком случае, это надо проверить. Между тем со смерти Лейфа прошло уже пятнадцать лет, так что потребуется большое везение, чтобы ей удалось добраться до тех, кто тогда занимался судебно-медицинской и криминологической экспертизой.
Так или иначе, это придется отложить до завтра. Слишком поздний вечер, чтобы браться за это дело. Эрика откинулась на диване, положив ноги на журнальный столик, поверх папок и бумаг. У вина был потрясающий вкус, и она подумала с некоторым чувством вины, что после лета надо будет взять «отпуск» от алкоголя. Она не одна на свете, кто находит всякие причины и летом практически каждый день выпивает по бокалу вина, однако от этого не легче. Осенью она обязательно присоединится к кампании «В сентябре не пьем». Довольная тем, что приняла такое полезное для здоровья решение, Эрика отпила еще глоток и почувствовала, как по всему телу разливается приятное тепло. Ее интересовало, что же случилось и почему Патрик так задержался на работе, однако она понимала, что нет смысла расспрашивать, пока он не вернется домой.
Эрика снова подалась вперед и еще раз посмотрела на фотографию Лейфа, голова которого была окружена лужей крови, точно нимбом. Ее все не отпускала мысль о причинах его самоубийства. Ясное дело, можно потерять вкус к жизни, когда умерла любимая жена. Но ведь у него остались дети, к тому же с момента смерти жены прошло несколько лет… Да и зачем интересоваться старым расследованием, если не собираешься жить дальше?
Билл стукнул кулаком по рулю, когда они отъехали от участка в его машине. Карим молча сидел рядом и смотрел в одну точку. Сумрки окрасили небо в лилово-красные цвета, но он видел лишь тьму, которую создал сам. Все произошедшее сегодня показало, что нельзя убежать от собственной вины – Бог знает, что он сделал, и карает его за это.
