– К лесу? Что они собирались там делать? Бритта никогда не ходит в лес. И зачем ей идти туда с Мартой?
Она почти кричала, и Пребен шикнул на нее.
– Не время впадать в отчаяние. Мы должны найти девочку. Я только что видел Бритту в библиотеке – пойду поговорю с ней.
Он убежал в дом, а Элин осталась стоять словно парализованная. Нахлынули воспоминания детства. Все, что было ей дорого, у нее отняла сестра. Кукла, которую подарила ей мать, была найдена в выгребной яме с отрезанными волосами и вырванными ресницами. Щенок, которого подарил ей батрак, просто исчез, но в глубине души Элин чувствовала, что тут не обошлось без вмешательства Бритты. Душу сестры покрывала ржавчина. Она не могла допустить, чтобы у кого-то было то, чего не было у нее. Всегда была такой.
И теперь у Бритты нет ребеночка, в то время как у Элин есть дорогая доченька. Девочка, на которую Пребен смотрит с любовью в глазах, словно она его собственное дитя. Элин чувствовала, что добром это не кончится, – но что она могла сделать? Она жила на милости сестры, им с дочерью больше некуда было деваться. Особенно после того, как сказанные ею однажды слова заставили многих смотреть на нее с ненавистью и злобой. Бритта стала ее спасением. И теперь, возможно, это стоило ей дочери…
Пребен вернулся с помрачневшим лицом.
– Они ходили к озеру, – сказал он.
Элин ни на мгновение не задалась вопросом, что за сцена произошла в усадьбе. Единственное, о чем она могла думать, – что девочка отправилась к озеру, не умея плавать.
С отчаянно бьющимся сердцем Элин понеслась следом за Пребеном в лес в сторону озера, мысленно моля Бога о помощи. Если Бог хоть чуточку милосерден, он позволит им найти Марту живой. Если же нет, она лучше найдет свой конец в темной воде вместе с дочерью.
Нильс сжал сигарету губами, сделал глубокую затяжку. Сидевшая рядом с ним Вендела тоже закурила. Бассе шуршал пакетиком со сластями, купленными в киоске.
Они сидели на самой вершине скалы, откуда открывался вид на Королевское ущелье. Внизу под ними группа туристов фотографировала вид на залив.
– Как думаешь, твоему папаше это удастся? – спросил Бассе. – В смысле – научить арабов?
Закрыв глаза, он подставил лицо солнцу. Его веснушчатое лицо скоро станет красным как рак, если он просидит так еще какое-то время.
– Во всяком случае, он заразился этой идеей, – ответил Нильс.
С отцом всегда было так. Если тому что-то взбредет в голову, он хватается за дело с неиссякаемой энергией, готовый тратить на это двадцать четыре часа в сутки. Дома на стенах висели фотографии Билла со старшими братьями – как он носит их на плечах, учит ходить под парусами, читает им книги…
Нильсу приходилось радоваться, если папаша хотя бы спросит, как у него дела.
Вендела рассеянно смотрела в телефон. С ним она проводила бо́льшую часть суток, и Нильс шутил, что мобильник скоро прирастет у нее к руке.
– Смотрите, какая она была классная…
Она показала телефон парням, и те прищурились, чтобы разглядеть дисплей на солнце.
– Красивая, – проговорил Бассе, жадно вглядываясь в картинку.
Это была фотография начала девяностых. Мария Валль рядом с Брюсом Уиллисом. Тот фильм Нильс смотрел несколько раз. Там она была очень горяча.
– Как она могла родить такую страшную дочь? – спросил он, качая головой. – Должно быть, папаша Джесси был страхолюдиной.
– По крайней мере, сиськи у нее большие, – сказал Бассе. – Больше, чем у моей мамаши. Интересно, каково с ней трахаться? Некрасивые девчонки обычно бывают очень хороши в постели. – Он ткнул сигаретой в Венделу. – Ты не можешь «погуглить» и ее тоже? Посмотреть, что там про нее…
Вендела кивнула. Пока она возилась с мобилой, Нильс откинулся, подставив лицо солнцу.
– Охренеть! – воскликнула Вендела и стала трясти его за руку. – Вы только посмотрите!
Она показала дисплей Нильсу и Бассе.
– Ты шутишь? – спросил Нильс, ощущая, как приятный холодок возбуждения пробежал по телу. – Так это выложено в Сети?
– Да, я нашла это, типа, одним кликом! – воскликнула Вендела.
– Охрененно здорово…
Рядом с ним заерзал Бассе.
– Что будем делать? Выложим в «Снэпчат»?
Вендела улыбнулась Нильсу. Тот сидел молча, обдумывая что-то. Потом по его лицу расползлась улыбка.
– Мы ничего не будем делать. Пока.
Поначалу лица у Бассе и Венделы выглядели разочарованно. Но когда он быстренько изложил им свой план, Бассе громко расхохотался. Гениально. Так просто и так гениально…
Когда Карим уселся за кухонный стол, дети напали на него с расспросами, однако у него не было сил отвечать. Только пробормотал что-то. Так много впечатлений за такой краткий срок… Такой умственной усталости ему не приходилось переживать с тех пор, как он начал учиться в университете. Пожалуй, все это не так сложно – он изучал и более трудные дисциплины; все затруднялось тем, что информация подавалась на языке, которым он не владел, и сама суть была ему чужда. И пугающа.
