– Ты меня удивила! Башня – последнее место, где я ожидала тебя найти. Явиться в кабинет чародея после всего, что произошло между вами? Смело!
Девушка шагнула ко мне. Я почти не слышала ее слов. Все внимание было приковано к двери. На мою беду, Элиаль перехватила взгляд и тут же вновь встала в проходе, отрезав путь к отступлению.
– Дорогая, не будь так предсказуема! Тем более побег – не самая удачная идея. На лестнице ждут стражники. Одно мое слово – и ты в казематах. Но все может закончиться иначе. Присоединяйся! Примкни ко мне – и не придется терпеть лишений, даже уезжать из замка не придется. Разве не этого тебе хочется?
Все время, пока девушка говорила, ее изящные пальчики рисовали в воздухе неведомые символы.
– Ты… ведьма?
Я не знала, к чему готовиться: к защите или к нападению?
– О, умоляю, не задавай вопросов, на которые знаешь ответ. Конечно, я ведьма!
Закончив магические пассы, Элиаль отошла к столу. Брезгливо покосилась на потертое кресло, но села. Я метнулась к двери, толкнула раз-другой, но она не поддалась.
– Не трать Силы, я запечатала выход. Нам нужно поговорить спокойно. Без твоих обычных выкрутасов. Ох, Алестат, ну неужели нельзя было раскошелиться на новое кресло? – Она поерзала, устраиваясь поудобнее. – Он, знаешь ли, так прикипает ко всему душой: к мебели, к людишкам вокруг. Ужасная и очень вредная привычка! – Молодая колдунья закинула ногу на ногу и с видом превосходства воззрилась на меня.
– Ты ведь появилась в замке уже после того, как Илдис исчез. Ты была знакома с ним раньше?
Мне необходимо было срочно все обдумать. Чтоб найти выход, нужно потянуть время. Может, заодно удастся выяснить что-то полезное. Я отошла в угол комнаты и присела на край кровати.
– Ты впервые в постели мужчины и при таких обстоятельствах. Ай-яй-яй! Бедняжка! – осклабилась она. – Да, я давно знаю Алеса. Мы познакомились еще до твоего рождения, деточка.
Я недоверчиво уставилась на девушку. На вид ей не больше двадцати. «Как такое возможно? Да еще это фамильярное „деточка“, так меня называла только…» Я застыла, пораженная шальной мыслью.
– Кстати, отворотное зелье ты сварила правильно… – Она взяла флакончик с настоем, покрутила его между пальцев и с силой швырнула в стену. – Только оно бы не сработало. В записке неверное имя. По этой же причине эликсир Алестата не работал в полную силу. Ведь он знал лишь первую часть твоего имени. Так ведь, Мариэль? Не знаю, что надоумило тебя назваться коротко – Мари, но это был правильный ход. Имя – полное имя – обладает огромной властью над носящим его, будь то человек или фейри.
Ведьма ухмыльнулась. Не сладкой улыбкой, которой она одаривала принца, а настоящей – той, которую я так хорошо знала.
– Леэтель! Но как? Почему? Как такое может быть? – выпалила я на одном дыхании.
– Как много вопросов, девочка моя! Ну хоть узнала, и на том спасибо! Хороша, правда?
Она вспорхнула с кресла и покрутилась. Подол шелкового платья обвил стройные ножки. Я невольно залюбовалась, но быстро сбросила морок. На вопрос предпочла не отвечать. Взгляд и так выдавал с потрохами.
– Хороша! Я же знаю! Образ с тебя лепила. Разве это не льстит? – Она заговорщически подмигнула.
– Ты ведь говорила, что почти утратила Силы, что их едва хватает на приготовление целительных мазей и отваров. Как? А главное – зачем?
Этель прекратила красоваться, расправила платье и вновь опустилась в кресло. Мы обе сидели, но казалось, она смотрит на меня сверху вниз.
– Я действительно почти потеряла способность колдовать, но тут очень кстати подвернулась ты, деточка. Подаренный мной медальон из черного кварца был не только защитным амулетом. Ты думала, что он избавляет от дурного, но морион к тому же отлично поглощает магию. В этом ты убедилась, когда Алестат атаковал. Помнишь, я каждый вечер перед сном снимала с тебя амулет для очистки? Спектакль с омовением кристалла так утомлял, но чего не сделаешь, чтоб забрать чужую Силу!
Комната завертелась. Я едва подавила подступившую тошноту. Все, что я знала, во что верила, на глазах обращалось в прах.
– Но ведь Силу я получила от тебя! Когда спасла! Все согласно Закону Благодарности.
Болотница расхохоталась мерзким скрипучим смехом, больше похожим на карканье ворона.
