С трудом отвожу взгляд и отворачиваюсь от окна. Как же надоело! Этот холод. Одиночество. Бесконечная магическая практика. Раз за разом. Чтоб каждое движение дошло до автоматизма. Чтоб не нужно было даже произносить заклинания вслух. Сын великого волшебника, наследник колдовской династии. Не-на-ви-жу!
Медленный выдох. Закрываю глаза. «Представь вечную мерзлоту. Она непоколебима, ничто не трогает ее! В этом – сила!» – слышу в голове ЕГО голос.
Нет эмоций, желаний, нет страха. Боли нет! Только холод. Ничто не растопит его. Пока я ничего не чувствую, я неуязвим. Этот проклятый, спасительный холод внутри. И никто больше не причинит вреда…
Пара шагов в сторону входа еще до того, как раздается стук. Первый порыв – открыть. Одергиваю себя. Даже если руки заняты, ОН просто распахнул бы дверь с помощью Силы.
Кто? Прикрываю глаза. Мысленно тянусь за порог. Двое? Нет, трое! И повозка или даже… карета? Запряжена парой лошадей белой масти. Не светло-серой, а именно белой. Редкость!
Ловушка? Проверка? ОН вполне мог придумать что-то в этом роде.
Повторный, более настойчивый стук выводит из раздумий. Тянусь к ручке, но вовремя успеваю опомниться.
Где зеркало? Заглядываю в серебристую гладь с потрескавшейся по краям амальгамой и кривлюсь от отвращения. Я так похож на НЕГО. Он мог бы гордиться… Если бы не изъян, который напоминает о ней. О моей матери!
Медленно провожу ладонью по голове, нашептывая заклинание. Стук становится нетерпеливым. Хмурюсь. Гнев поднимается из глубины сознания. Выпроводить. Наслать буран. Погрести под снегом вместе с каретой. Заморозить. Погубить! В перстне, единственном, что осталось после ее ухода, бушует ураган.
С вежливой улыбкой открываю дверь прежде, чем незнакомец постучит вновь. Он так и замирает с поднятой рукой, изумленно воззрившись на меня.
– Чем обязан неожиданному визиту?
Вместо ответа пожилой тучный мужчина с раскрасневшимися от холода щеками отвешивает низкий поклон. Ко мне никто не обращается с таким уважением. Понятно, кого он ожидал застать.
– ЕГО нет дома. Ничем не могу помочь.
Начинаю закрывать дверь прежде, чем пришелец опомнится и сообщит о цели визита. Опешивший толстяк не успевает даже распрямиться, но…
– Стойте! Умоляю!
Тонкие пальчики ложатся на дверную раму. Еще мгновение – и я размножил бы суставы на ее ухоженной ручке. «Дура!» – едва не вырывается у меня. Вместо этого распахиваю дверь:
– Если бы я не предугадал ваши действия, пришлось бы срочно искать лекаря. А наш город не славится хорошей медициной.
