На душе потеплело. Обо мне, не считая старой тетки, никто никогда не заботился по-настоящему. А в словах Кеннета я почувствовала желание защитить меня. Я опустила взгляд, пытаясь привести в порядок лихорадочно заметавшиеся мысли.
— Все это время вы были у брата?
— Нет, я летал на Острова, в столицу.
Я нахмурилась и посмотрела на него, пытаясь по выражению лица понять то, что он не договаривает. К сожалению, Кеннет в совершенстве владел искусством носить маски. Все мои попытки оказались тщетны.
— Что вы там делали, если не секрет?
Таркер помолчал, явно подыскивая наиболее мягкую формулировку. Не уверена, что у него это получилось.
— Я бросил вызов лэрду.
— Что-о-о?!
Хорошо, что я сидела, иначе бы точно упала. Надеясь, что не расслышала, я потрясенно уставилась на Кеннета в ожидании пояснений.
— Обязанности короля у драконов выполняет лэрд. Именно он правит кланом, но его власть не передается из поколения в поколение, как это принято у людей. После смерти лэрда она переходит к тому, кто оказывается сильнее прочих — к самому мощному и быстрому дракону. Таков обычай.
— Чудесно, — сдержанно ответила я, успев взять себя в руки. — Можно перейти сразу к сути?
Он кивнул и устало прошелся ладонью по волосам, растрепав их окончательно. Я подавила желание пригладить черные пряди и зарыться в них пальцами. Сейчас не до этого.
— Драконы живут долго, но с возрастом, как и люди, начинают дряхлеть. Считается, что вместе с телом увядает не только мозг, но и магия, поэтому обычай разрешает раз в двадцать пять лет бросать лэрду вызов.
— Дуэль? — холодея, уточнила я.
— Не совсем. — Он покачал головой. — Скорее честный поединок, позволяющий выявить самого сильного и быстрого дракона. Победитель получает корону.
Я уловила некоторую недосказанность, и мне это не понравилось.
— А проигравший? — в лоб спросила я.
Кеннет отвел взгляд.
— Их казнят. Поэтому обычай не пользуется особой популярностью.
Мир, вспыхнув красками, погрузился во тьму. Перед мысленным взором легко возникла картинка гроба, только теперь под его крышкой покоилось уже не мое тело. Я выдохнула через ноздри.
— Вы совсем с ума сошли?!
— Я понимаю все последствия, но другого выхода нет. Либо я рискую, либо мы проиграем, пусть и не сразу.
Заметив мой невысказанный вопрос, он неохотно продолжил:
— Лэрд тоже жаждет войны. Единственный шанс изменить эту ситуацию — привести к власти того, кто действительно ищет мира.
Я не удержалась от иронии.
— Видимо, в этом вопросе вы предпочитаете доверять исключительно себе.
Он поморщился.
— У меня есть еще и свой интерес.
— Кроме трона и короны? — ехидно уточнила я.
— Я больше не хочу быть пешкой в чужой игре. — Его глаза гневно сверкнули. — Отец разыграл мою судьбу, словно партию в покер. Я хочу вернуть ее себе обратно.
Я помолчала, обдумывая его слова. Мне было понятно желание взять свою жизнь под контроль. Побывав и сама в ситуации, когда за тебя все решили, я горячо сочувствовала ему. А еще чисто по-человечески желала ему счастья.
— У вас получится. — Я порывисто сжала его ладонь. — Вы всегда и во всем были лучшим.
Кеннет застыл, а затем перевел взгляд вниз, на мою руку, и медленно сплел наши пальцы. Такой простой жест сказал больше, чем слова.
— Если что-то пойдет не так, — тихо произнес он, — обратитесь к леди Аттвуд. За свою помощь она потребует высокую цену, но ей можно доверять. И у нее действительно есть возможность укрыть вас от посторонних глаз, что немаловажно.
— А как же Хлоя и Томас?
— Об этом я тоже договорился. Их судьба в надежных руках.
В душе все перевернулось от того, как просто прозвучали эти слова. Он предусмотрел все варианты. Он — человек, не привыкший проигрывать. Меня затрясло.
Его ладонь нежно коснулась щеки и ласково смахнула одинокую слезинку, скатившуюся из уголка глаза.
— Я вернусь, — негромко пообещал он. — Верьте мне.
Я вскинула подбородок, намереваясь бросить что-то забавное, смелое, но вместо этого застыла, столкнувшись с ним взглядом. Между нами словно натянули нить. Напряжение стало почти нестерпимым, и, когда я уже хотела встать, чтобы хоть как-то разорвать этот контакт, Кеннет привлек меня к себе. Его губы жадно обрушились на мои.
Поцелуй получился коротким, но полный отчаяния и недосказанности. Он немного отдавал солью: я все-таки заплакала, и слезы, сбегая по скулам, падали на губы, оставляя после себе горький привкус.
Уже на пороге, распахнув дверь, я вдруг горячо попросила:
— Возьмите меня с собой!
Мысль просто сидеть и ждать казалась невыносимой.
— В столицу, где полно драконов? — Кеннет криво усмехнулся. — Вашу силу нельзя ни почуять, ни увидеть, но само ваше присутствие на таком событии вызовет вопросы. Кто-нибудь непременно докопается до сути, и тогда вам придется отбиваться от сотни предложений о союзе. Конечно, в случае моей смерти.
Я сглотнула, с легкостью представив, как улепетываю от стаи разгоряченных драконов и вынужденно согласилась, что это не самая лучшая идея.
— Но я сойду с ума, если не буду знать, что происходит! — упрямо сказала я.
Кеннет ненадолго задумался, явно прокручивая в голове разные варианты.
