Что не так, я понял, лишь подойдя почти к самым домам. Мало того что они были заброшенными, так и случилось это, судя по пробившим крыши деревьям, не меньше ста лет назад. Зря я гроха отпустил. Как теперь найти проводника и транспорт? Лететь на метле в горах Равушар-Дан опасно — слишком много гравитационных ям и завихрений. Подняться на метле здесь даже на расстояние полуметра от земли — самоубийство. Зная, куда я должен направиться, свою метлу я взял исключительно по привычке. Я рассчитывал, что, прибыв порталом в Бей-жа-раш, сразу смогу нанять проводника с транспортом. В крайнем случае купил бы этот транспорт. Но я никак не рассчитывал оказаться в гордом одиночестве посреди развалин древнего поселения. Зачем Шадина Манчи отправила меня сюда? И почему Люс позволил ей это сделать? Ни за что не поверю, что два старых прохвоста не были в сговоре.
А солнце тем временем почти скрылось за горизонтом, оставляя мне не больше двадцати минут золотисто-красной мглы. Надо спешить. Светлячки, конечно, хорошая вещь, но кто знает, что ждет меня на этих руинах.
Более-менее целый дом я нашел быстро — судя по остаточному следу магии, это было поселение ведьм, а мы комфорт и домашний уют ценили во все времена, и бытовой магией, независимо от специализации, пользоваться умеем. Зайдя вовнутрь, невольно вспомнил сторожку, в которой предложил Ветер переночевать. До чего же схожа ситуация. Опять горы, опять руины и стремительно приближающаяся ночь. Вот только теперь рядом со мной не она, а всего лишь ее неугомонная метла.
Пока я осматривал и проверял помещение на предмет надежности, Зараза начала таскать откуда-то с улицы целые охапки листьев. Причем как желтых, видимо, опавших, так и зеленых, совершенно свежих.
Откуда она их берет?
Но удовлетворять свое любопытство я не спешил — времени было мало, а дел, наоборот, много. Нашла, принесла, и на том спасибо — хоть не на голом полу спать.
Выставив охранный контур, я принялся за определение своего местонахождения. Хотя бы здесь меня ждали хорошие новости. Я оказался в самом сердце гор Равушар-Дан — намного ближе, чем рассчитывал. Настроение немного поднялось и я со спокойной душой решил лечь спать.
Решил. Вот только стоило мне завалиться на мягкую кучу листьев и прикрыть глаза, как я был мигом скинут с нее на холодный каменный пол.
Зажег светлячка и увидел возвышающуюся надо мной Заразу. Потопывая ножкой-корешком, эта… метла, чтоб ее, указала мне на голый пол, а потом пошла к куче листьев и нагло развалилась на ней.
В какой-то степени она была права. Вот только она же метла. Она в углу где-нибудь должна стоять. Тихонько и послушно.
Я растерянно стоял посреди комнаты и не знал, что мне делать. Это было как очередное наваждение. Только эти наваждения можно было объяснить, когда они были эффектом от присутствия Ветер. Теперь уже поздно врать себе и не признавать то, что девушка мне небезразлична. Да, демоны меня побери, я с первого дня не мог спокойно на нее смотреть. И злился на нее тоже из-за этого! Ведь мало того что она моя студентка, так еще и Тьма должна была ее отталкивать, вызывать страх и непринятие. Вот только…
Не думать — мысленно приказал сам себе. Не думать, иначе эмоции отразятся на действиях, а я должен быть собранным, сосредоточенным и внимательным. Тьма — серьезный противник и мне нужно любой ценой заставить ее вернуться назад. Слишком многое от этого зависит, тут уже не до эмоций и переживаний. Я воин, боевой проклятийник и цель для меня должна быть превыше собственных чувств и желаний.
— Я могу лечь и на полу, — подошел я к куче листьев и обратился к Заразе. Глупо, конечно, с метлой разговаривать, но, с другой стороны, она фамильяр, а значит, обладает частью сознания своей хозяйки, да и действия ее трудно назвать неразумными. — Вот только завтра нам предстоит тяжелый путь, и если я не высплюсь и не отдохну как следует, мы не сможем далеко уйти, а значит, еще не скоро доберемся до твоей хозяйки. Если тебе на нее плевать, то можешь и дальше сама валяться здесь. Но я предлагаю тебе сотрудничество.
Дожился — мало того что с чужой метлой разговариваю, так я с ней еще и договориться пытаюсь.
Зараза приподняла свою голову-помело, и хоть глаз она не имела, я мог поклясться, что она смотрела на меня с хитрым прищуром. Затем метла встала и направилась к моим вещам, сложенным тут же. Взяла мою метлу, положила ее на листья, легла рядышком сама и только после этого, кивнув мне, указала своими деревянными пальцами сначала на меня, затем на свое импровизированное ложе.
Похоже, я только что, можно сказать, добровольно лишился собственной метлы.
