Она подумала, как бы ей сбежать. Даже если ей удастся сбежать из дворца, ей нужно будет как-то выбраться через стены княжеского двора, которые охраняют стражники, теперь уже хоривские. И даже если у неё получится выбраться из двора, её могут поймать. Её не выпустят из города, ей не откроют ворота. Побег просто невозможен.
Зарина понимала это, но мысли о побеге не оставили её. Если ей удастся бежать, далеко ли она унесёт ноги, пока её не настигнут? Ей понадобятся деньги чтобы платить за еду и ночлег.
Зарина открыла шкаф и вынула оттуда шкатулку с драгоценностями. Изумруды, бриллианты и топазы блеснули в обрамлении серебра и золота. Если их продать, можно долго жить безбедно. Если экономить, хватит на всю жизнь.
Зарина не носила украшений. Сейчас на ней не было ни одного украшения. Она не любила вешать на шею ожерелий, не носила колец и браслетов. Но родители часто дарили ей украшения, словно желая, чтобы дочь стала более женственной. Ей приходилось одевать их лишь на светских мероприятиях – тогда её заставляли это сделать. Она должна была выглядеть красиво и богато, в платье, и вся в золоте и бриллиантах. Зарина не любила светские мероприятия.
Зарина нехотя надела на шею серебряное ожерелье с бриллиантами. На палец она напялила золотое кольцо с изумрудом. На левое запястье Зарина надела золотой браслет. Она посмотрела в окно и поняла, что ей не удастся сделать невозможное. Ей не вырваться из дворца, из городских стен. Зарина заплакала, поняв, что у неё нет никаких шансов бежать. Она прилегла на кровать и тихо зарыдала, вытирая слёзы руками.
Дверь хлопнула. Зарина привстала и подняла заплаканные глаза. Перед ней стояла служанка Глаша, невысокая костлявая девушка с невзрачным лицом и короткими тёмными волосами.
– Госпожа, вас просят к столу, – потупив испуганные глаза, произнесла прислуга.
– Кто это просит? – резко спросила Зарина.
– Они, хоривцы, то бишь княжич Ярополк, – промычала Глаша. – А мне велено вам помочь одеться.
– Передай им, что я никуда не пойду.
– Нет, то была не просьба, а приказ. – Прислуга говорила извиняющимся тоном, сквозь зубы произнося слова. – Княжич велит вам принарядиться покрасивше и через четверть часу быть у стола. Иначе вам худо будет.
– Понятно, – обречённо вздохнула Зарина и спросила: – Ты знаешь, что произошло?
– А как же мне не знать, уже весь город твердит, – заметила Глаша. – Ваш батенька был побит хоривцами под Потоцкой Крепостью. Много наших полегло, и ваш батенька, и Яромир, и Святослав… – Зарина вздрогнула, глаза заполнили слёзы. Прислуга договорила: – Все погибли.
Зарина зарыдала. Теперь она убедилась в их гибели. Она закрыла лицо ладонями и застонала. Глаша присела рядом и принялась её успокаивать, поглаживая по спине. Минут через пять Зарина вытерла слёзы и проговорила:
– Рассказывай, что было дальше.
Глаша продолжила:
– Потом хоривцы к городу подошли. А ваш дядечка, Богдан Венцеславич, взял, да и отворил им ворота.
– Что? – Зарина вопросительно воззрилась на служанку.
– Да, да, так всё и было, – важно кивнула Глаша, – все так во дворе болтают, почём купила, потом и продаю: боярин Бориславский, взял, да и отворил ворота.
– Предатель и трус! – вскрикнула Зарина.
Она всё прекрасно поняла. Аристократы пошли на сделку с победителем. Они поджали хвосты и признали нового сюзерена. Да, выкрутились, спасли свои шкуры. Выслужились перед хоривцами, открыли им ворота. Они ведь знали, что эти твари сделают с её семьёй. И тот, кого отец оставил за главного, кого Зарина считала своим дядей, Бориславский Богдан, родной брат её матери, предал свою сестру и племянников. Зарина любила его и не ожидала от него что он сделает нечто подобное.
– Тоже мне аристократы, знатные и благородные. Они должны были воевать за свой народ, а они продали его! – с укором произнесла Зарина.
– Были и доблестные мужи, да видимо они все в поле полегли, – осторожно произнесла Глаша.
– А кто погиб?
– Ну про всех не знаю, а из знатных, Ковальские, отец Глеб и вроде б сын его тоже. Докудовский тож не вернулся. И, говорят, Карин, как его? Забыла.
– Твердохлебов, – грустно сглотнула Зарина.
– Точно, – кивнула прислуга. – А что они могли супротив демонов поделать? Все, кто там бился, говорят, что хоривцы бессмертны в бою. Ни меч их не рубит, ни стрела не колет.
– Не неси пургу, – грубо проворчала Зарина, – я уже давно не ребёнок, чтобы в эти сказки верить.
– Так энто все говорят, не мои выдумки, – развела руками Глаша. – Вы же сами просили всё поведать.
Зарину тревожил ещё один вопрос. Самый важный. Она подняла печальные глаза и спросила:
– Ты не знаешь, какая мразь
Глаша покачала головой и ответила:
– Я тогда на кухне была. Командует всем княжич Ярополк, князь Казимир остался в Хориве.
Княжна молчала.
– Ой, госпожа, вам же к обеду велено подготовиться! А мы всё болтаем, – неожиданно спохватилась служанка.
