Если сигнальный факел мог вызвать к нам небольшую группу, то моментально разгоревшийся костер был виден далеко отсюда. Выругавшись, я отскочила от солдата подальше и протянула руки вперед, стараясь почувствовать расплывшееся по траве пламя. Огню не хотелось оставлять хрустящую траву, но в конце концов он подчинился мне и исчез. Вместе с полем он оставил и солдата, который не успел серьезно пострадать и поспешил ко мне.
– Не приближайся! – крикнула я, медленно отступая. – Еще шаг, и смерть!
Мои слова покоробили его уверенность, однако это были слова безоружной девушки, а позади уже были слышны крики его товарищей, так что воин двинулся на меня.
Времени на второе предупреждение у меня не было. Короткое слияние мыслей с водой в его крови, и он упал замертво.
Все происходило стремительно, Умма уже была с остальными, когда я побежала обратно к ним, решение нужно было принимать очень быстро, и я приняла его. Еще на бегу я собрала между пальцами новый залп огня, сжимая его силу, словно воду.
– Разойдись!
Они послушно разбежались от входа, и взрыв если кого и задел, то раны были несерьезные. Стена тоже пострадала несильно, но образовавшегося у самой земли отверстия хватало, чтобы под ним мог проползти человек. Я возблагодарила небо за то, что не придется готовить второй взрыв. Лошадей придется оставить врагам, но это уже было неважно.
– Все внутрь! Быстрее!… Сирил, помоги мне!
– Опять!?
Один за другим колдуны опускались на колени перед расщелиной, первый старательно расчищал проход, остальные помогали, вытаскивая камни, до которых могли дотянуться.
К нам приближался отряд из десяти или больше человек, с факелами и оружием, они уже видели мертвого товарища и были настроены серьезно. Как, впрочем, и я. Закрывая собой людей, которые один за другим пролезали за стену, я приняла стойку, готовясь защищаться, сколько потребуется, и Сирил встал возле меня.
– Спорим, ты не убьешь ни одного правильно? – усмехнулся он, сплетая первую фиолетовую молнию. Свет озарил его переменившееся лицо: он предвкушал предстоящее. Его мучил голод, который он взрастил в себе за годы в клане.
Я была не в том положении, чтобы осуждать его, и сосредоточилась на приближающихся фигурах. Мы атаковали по очереди, пока один готовился, другой нападал, и вскоре солдаты отступили – но лишь до тех пор, пока не достали и не подготовили арбалеты. Первый болт заставил Сирила выругаться, он едва успел отскочить в сторону.
Снаружи оставалось четверо беглецов, мы уже пятились к самой стене.
Я попробовала отыскать арбалетчика водной магией, но ошиблась, и следующий болт ударился о стену, пролетев над моей головой. Солдаты успели приблизиться, между нами оставалось от силы метров десять.
– Лезь! – крикнула я, вставая перед проходом. – Быстрее!
Сирил не стал спорить, он опустился на землю и скользнул в проход, как ящерица, и я осталась одна. Четверо мужчин были уже почти возле меня, времени не оставалось. Успею ли?…
И тут в того, что бежал между остальными, словно божественная помощь, прилетела стрела. В голове пронеслось, что это была стрела со стены. Видимо, нас услышали и пришли на помощь, заметив меня… Думать было некогда, положившись на меткость стрелков на стенах, я присела на землю и протиснулась внутрь расщелины, чьи-то руки тут же схватили меня и поволокли по земле, подальше от разлома.
– Последняя! Закладываем!
Знакомые мужские голоса, я не видела лиц, глаза слепило от света фонарей. Вокруг суетилась целая толпа, люди закладывали проход камнями, передавая их по цепочке. Сирил, Умма и остальные помогали.
Я наблюдала за ними, тяжело дыша, и не сразу заметила, что меня все еще держат чьи-то руки. Обнаружив это, я обернулась, и увидела Томаса.
Я узнала его сразу же, хотя его лицо скрывала черная борода, волосы стали короче, возле глаз прибавилось морщинок, во взгляде поселилось что-то новое, еще незнакомое… он был совсем другим, но при этом остался прежним.
Он смотрел на меня, должно быть, с теми же чувствами. Я уже давно не была той славной принцессой, которой он меня знал, во мне так же, как и в нем, что-то должно было поменяться… но сквозь это он в конце концов разглядел прежнюю девчонку, с которой подшучивал над почтенными министрами, и улыбнулся.
– Томас!
Я бросилась ему на шею, пряча лицо на его плече. Все напряжение от погони, вся моя смелость испарилась, и я всхлипывала, застыв в его руках – руках своего верного друга и защитника. Впервые за последние месяцы я чувствовала, что оказалась в безопасности.
Он прижал меня к себе, положив широкую ладонь мне на затылок, как будто обнимал маленькую испуганную девочку… но так оно и было.
– Я так рада тебя видеть!… – выдохнула я, с трудом отстраняясь от него. – Я так скучала!…
– Я тоже скучал, – проговорил он, утирая мои слезы, и улыбнулся. Однако улыбка вышла печальной. В голове пронеслась догадка: неужели я так жалко смотрюсь?…
Я спрятала лицо на его груди, и он снова обнял меня, слегка покачивая.
