Тут и там вспыхивали новые противоборства ведьм и магов с оборотнями, и не всегда лохматые выходили из них победителями. Всё же магия – страшная сила, особенно в умелых руках. Потоки горячего воздуха общими усилиями воздушников и огневиков отбрасывали волков, заставляя их пятиться и злобно скалиться. Повелители земли опутывали древесными корнями оборотней, пригвождая к траве, а потом пробивали их тела каменными шипами. От пугающего зрелища у меня затряслись руки. Но всё же были жертвы, и не мало. У водников почти не было шансов, их сила слишком сильно зависит от доступности их родной стихии, однако некоторые умельцы в одиночных противостояниях смогли выйти победителями. Верховный маг воды, тот самый низкорослый мужчина, использовал дождевую воду из ржавой бочки, превратил ее в ледяные осколки и шрапнелью заставил кружиться вокруг себя. Под раздачу попали пара волков, решивших попробовать на зуб Верховного. Их смерть стала быстрой.
Но поляна уже окрасилась в цвет крови магов и ведьм.
Лэйт был прав, волки обезумили, атаковали группами, не оставляя магам ни шанса. Они не животные, а люди в звериной шкуре, и думают, как они.
– Ник! – я кинулась к парню, который был похож теперь на шахтера, встретившегося в недрах горы с драконом. Весь в саже, футболка превратилась в черные от копоти лохмотья, из следов от когтей сочилась вязкая полузапекшаяся кровь. И всё же он был жив. Мой маг огня. Живой, почти невредимый. А эти царапины мы вылечим, первый раз что ли?
От облегчения, накатившего на меня прохладной волной, я то ли всхлипнула, то ли икнула.
Парень встряхнул головой, приподнимаясь на локтях, и посмотрел мне в глаза. На его лбу залегла глубокая черная складка, а взгляд... В карих глазах плескалась неясная тень.
– Что с тобой? – я даже не заметила, как горячие слезы потекли по моему лицу. Он молчал, будто раздумывая над чем-то. Спохватилась, вытерла щеки рукавом рубашки и нагнулась, чтобы обнять Ника.
Но он меня опередил.
Навалился всем телом. Я даже вскрикнуть не успела, как оказалась прижатой затылком к твердой земле. На моей шее сомкнулись стальные пальцы, выбивая воздух из легких и не давая сделать новый вдох.
Мои мысли метались из стороны в сторону в поисках ответов.
Что он делает?
Ник хочет убить меня?
Зачем?
Мстит за то, что я убила его отца?
Пальцы сжимались всё яростней, я чувствовала пульсацию крови под кожей. Прерывистое дыхание Ника обжигало меня, а тяжесть его тела казалась такой знакомой...
Попыталась произнести хоть слово. Сказать, что я люблю его. Что я его прощаю. Не знаю мотивов, но сейчас это не важно. Он столько раз спасал меня, и теперь моя жизнь принадлежит ему. Значит, забрать ее он в своем праве. Я вытянула руки, чтобы в последний раз коснуться его лица, и запомнить кожей то тепло, что излучает его тело. Чувствовала, что воздуха в легких больше нет, а сильные пальцы, сжимающие шею, теперь не горячие, а ледяные.
Мне не было больно. Грустно, обидно, но не больно.
Или так заканчивается моя жизнь, то лучше уж ее заберет Ник, чем шальной оборотень, вгрызшийся в горло.
Глава 28. Часть 4
– Ана! – глоток воздуха отозвался болью в легких, а легкость означала, что Ник перестал с настойчивостью безумного медведя пригвождать мое тело к земле. – Что ты творишь?!
Яростный рык Лэйта привел меня в чувство. Я закашлялась, приподнимаясь на локтях, и разглядела поодаль оборотня, вцепившегося в моего парня. Они катались по земле, Лэйт ругался сквозь зубы, а вот Ник был молчалив. На лице мага не дрогнул ни один мускул, но он всё еще упорно старался оттолкнуть оборотня и добраться до меня.
– Это подчинение! – рявкнул Лэйт. – Что ты расселась?! Приведи его в чувство!
– Но как?
Мой жалкий голос сорвался на хрип. В горле нещадно саднило.
– Тебе лучше знать! Кто из нас двоих ведьма?! Выруби его.
– У меня нет сил... Нет магии, я не знаю, как.
Опрокинув Ника лицом вниз, Лэйт навалился на него всем весом, фиксируя запястья и не давая магу использовать силу. Нужно было торопиться. Не знаю, как долго продержится это шаткое равновесие, прежде чем Ник не решит спалить нас с Лэйтом вместе с доброй половиной холма.
На черной от копоти и грязи спине явно выделялось клеймо отверженного. Чудовищный символ – круг, пересеченный крестом. Он налился кровью и пульсировал, а в местах пересечения проблескивало алое свечение.
– Видишь это? – я спешно кивнула. Так не должно быть, шрам уже почти зажил и не беспокоил Ника, а сейчас походил на чудовищную пентаграмму для призыва нечисти. Будто что-то внутри клейма проснулось и явило свою истинную суть.
– Внутри чары, – догадалась я. – Не могу понять, какие.
– Ясно какие – подчинение. Кто навязал ему свою волю, когда выжигал клеймо. Где там твой сокровенный ножик? – Лэйту всё труднее было сдерживать Ника. – Режь!
Я опешила.
– Что?!
– Срезай клеймо, быстрее!