Ревен беспомощно посмотрела на дверь, а затем снова заговорила:
— Не стоит вам упорствовать, Господин, — участливо посоветовала она. — Ламия очень своенравна и не любит, когда ей перечат или оспаривают её решения. Вспомните, чем закончился в прошлый раз ваш приказ позвать её к себе. В следующий раз либо котелок с бульоном окажется на вашей голове, либо вы — за воротами замка.
— И что же мне делать? — растерялся от её заговорщического тона мужчина.
— Надо сделать так, чтобы Госпожа посчитала вашу встречу случайностью.
— Как? — удивился мужчина.
— Ламия после сна, завтрака и ванн садится за дела: пишет письма, проверяет почту и отчеты чиновников из столицы. Если ей кто-то мешает в это время, она сильно злится. В подземелья в это время допускается лишь Рамилия, все девушки после утренних процедур и завтрака покидают Ламию. Заканчивает она ближе к рассвету, а затем с первыми лучами солнца поднимается наверх: либо выходит в лес за травами, либо общается с придворными дамами, либо навещает кладбище, либо проведывает животных… Иногда она устраивает в замке праздники, чтобы развлечься: играет музыка, готовятся вкусности, танцуют девушки. — Никандр удивлённо поднял брови, а Ревен кивнула на его незаданный вопрос. — Повод, чтобы встретиться с Госпожой, найти не сложно. Вы же под одной крышей жить будете. Но не стоит вам её злить, отвлекать от дел и уж тем более приказывать в её собственном замке. Иначе в следующий раз она может разозлиться намного сильнее, чем во время истории с бульоном.
— Гхм… она тогда не сильно разозлилась, — заметил Никандр неуверенно.
Ревен, усмехнувшись, покачала головой.
— Да она была в гневе, если то, о чём рассказывала Рамилия, правда, — не согласилась она. — Ламия же прислала вам куриный бульон.
— И что? Она сказала, что куриный бульон был для того, чтобы я успокоился и Рит передохнул.
— Куриный бульон был для того, чтобы успокоилась она сама. Она варит зелья или готовит какие-то блюда только в нескольких случаях: когда экспериментирует с новым рецептом, когда от её варева зависит чья-то жизнь или политический вопрос и когда злится и пытается успокоиться. В этом случае это явно был не один из первых вариантов… Да и потом среди ночи она потребовала сладости, что тоже говорит о том, что она злилась.
— А в этом что такого?
— Госпожа не ест сладости. Только после сна и только половину порции.
Никандр недоверчиво нахмурился.
— Ты ничего не путаешь? Она вчера говорила, что любит есть десерты по ночам.
— Любит, но
— Ну да, пьет она немало, — хмыкнул Никандр, а женщина кивнула.
— Именно поэтому сладостей она ест очень мало. Говорит, что сахар портит здоровье и фигуру, но от своего пристрастия к напиткам отказаться не может…
Никандр осуждающе качнул головой.
— И что ты предлагаешь? Ждать, когда она поднимется из подземелья?
— Да. В последние дни были постоянные дожди, поэтому сегодня она, скорее всего, выйдет на улицу прогуляться.
— И где здесь гулять? — нахмурился мужчина. — У вас здесь только кладбище…
— У нас здесь ещё и лес, и горы, и сад с цветами и травами, — уязвлённо поправила женщина. — Но да, иногда она гуляет по кладбищу… либо животных проведывает.
— Волков?
— Возможно, и их, но вообще на территории замка живёт немало животных… Я могу сообщить вам, когда Госпожа поднимется из подземелья. Это будет скорее всего на рассвете.
— Хорошо. Спасибо, — ответил Никандр с сомнением. — А зачем тебе помогать мне?
Ревен снова поджала губы, словно не знала, что ответить.
— Меня об этом попросила Рамилия. — Никандр не удержался, чтобы не продемонстрировать удивление на лице. — Нам с ней, как старшим слугам замка, не нужны ссоры господ. Всем будет спокойнее, если вы с Ламией не будете воевать, как в позапрошлую ночь. И чтобы не возникло недопониманий, ссор и новых сплетен, мы готовы помочь вам обжиться в замке… Тем более учитывая, что жизни у нас с Ламией немного специфичны и отличаются от жизней других дворцов и замков… К тому же вскоре начнет действовать проклятье, поэтому будет намного лучше, если мы не будем враждовать друг с другом, а вы — пропадать неизвестно где.
— Опять вы о своём проклятье, — протянул мученически Никандр, подходя к столу и отодвигая стул.
— Не будьте так скептичны. Всё-таки не просто так в это проклятье верит столько людей и столько уже поплатились жизнью за него…
— Прошу, замолчи, — махнул он рукой, поморщившись.
Ревен присела в поклоне.
— Я пойду?
— Иди, — кивнул король, а затем повернулся к ней. — И я буду ждать от тебя новостей о Ламии.
— Конечно. Я извещу вас, когда Госпожа отправится на прогулку.
Никандр ждал. Ему казалось, что терпеливо, однако на самом деле это было не так. Он пытался читать, но никак не мог понять смысла и пары прочитанных абзацев, пытался дремать в кресле, но и это ему не удавалось. Мужчина вновь мучился мыслями о королеве. Смотрел в темное окно, на пляску огня в камине и ждал как никогда рассвета.
