Ведьма, околдовавшая его полностью

Именно с этой целью, он окольными путями добрался до кладбища, а там отыскал белый склеп с ангелом, смотрящим в небо, на крыше. Среди серости замка, надгробий и других построек склеп детей Ламии сильно выделялся, поэтому найти его было несложно. Никандр заметил его ещё во время первой своей экскурсии по здешним достопримечательностям. Вот только в прошлый раз он был закрыт, а в этот — нет. А это означало, что Ламия ещё внутри.

«Ревен пришла ко мне, чтобы предупредить не искать королеву сегодня. Она уже тогда знала, что та здесь… Пока Ревен принесла еду, пока говорили, пока я ел… Прошло не меньше часа. Что можно так долго здесь делать?», — подумал Никандр как можно тише подбираясь к стене склепа, чтобы заглянуть в открытые нараспашку двери, из проема которых лился свет.

Сегодня на горе, где стоял замок, опять была непогода. Тучи заволокли небо и не давали пробиться утренним лучам солнца, поэтому вокруг до сих пор царствовала непроглядная ночь. Кроме склепа, который был освещен факелами. Это означало, что, если Ламия сейчас не смотрит на вход, у него есть возможность увидеть её и остаться незамеченным. Именно поэтому Никандр рискнул заглянуть в дверной проём.

Прижимаясь к стене, он высунул голову, но Ламии не заметил. Увидел лишь стоящие в ряд три маленьких каменных гроба, зажженные факелы, сор из засохших листьев и грязи на полу. Ни цветов, ни игрушек, ни портретов, чем украшали могилы детей, в склепе не было. Лишь безликие надгробья, грязь и факелы.

Никандр смелее заглянул внутрь, прислушиваясь, поднялся на порог, прошёл внутрь и замер, услышав шорох и вздох. Он шагнул в сторону проема между гробами и снова застыл, увидев Ламию у дальней стены склепа.

Она лежала на полу, у гроба, который стоял отдельно от детских и явно принадлежал взрослому человеку. Королева прислонилась к нему спиной, поджав под себя ноги, подложив руку под голову, и спала. Её поза была похожа на позу ребёнка, который искал защиты и теплоты у взрослого, прижимаясь к боку того и засыпая под рукой. Вот только королева прижималась к ГРОБУ в поисках защиты и выглядело это непросто странно, а одновременно ужасающе и жалко. В такой позе она не была похожа на всесильную женщину, которой представала перед Никандром каждый день.

Увидев её, король испытал неловкость ещё большую чем, ту с которой столкнулся в ванной. Это зрелище явно предназначалось не для него. Кто бы ни был в этом гробу, по кому бы Ламия так не скучала, что приходила на кладбище в склеп, чтобы спать на полу, Никандр не должен был этого видеть.

Мужчина поспешно вышел из склепа, повернул за угол и остановился, присаживаясь на корточки и продолжая недоумевать над причинами, по которым Ламия спит у подножья гроба.

Она не выходила очень долго. Всё это время Никандр сидел за стеной и прислушивался, не зная стоит ли ему разбудить королеву и заставить её вернуться в замок — всё-таки было далеко не тепло, а на каменном полу — тем более. Но когда уже по времени должно было рассвести, Ламия сама вышла из склепа, зевая и потягиваясь. Она закрыла дверь, спрятала ключ в карман и направилась в сторону замка медленной, расслабленной походкой, поглаживая надгробья, мимо которых проходила. Со стороны она не выглядела как страдающая или плачущая, поэтому Никандр облегченно выдохнул — он и сам не заметил в каком напряжении и беспокойстве находился всё это время.

Когда она скрылась из вида, он вышел из своего укрытия и подошёл к дверям склепа. Те, как и говорила Ревен, были заперты наглухо. Окон предусмотрено не было, если не считать витраж под потолком, поэтому снова попасть внутрь Никандру не удалось.

В смятении и растерянности мужчина вернулся в свои покои, где его поджидали встревоженная Ревен и хмурый Фавий.

— Я же вас просила! — всплеснула руками женщина, глядя на него разочарованно.

— Успокойся. Она меня не заметила, — устало ответил король, опускаясь в кресло напротив друга. — Все нормально.

— Я вынуждена сказать Рамилии об этом, — обиженно сказала женщина. Её взгляд переменился. Теперь она не смотрела на него с доверием и пониманием, как раньше.

— Не надо. Я же сказал: меня никто не видел.

— Вас просили выполнить хотя бы одно из правил замка…

— Не ной, — прикрикнул он на женщину, окинув её грозным взглядом и этим напоминая о том, с кем она говорит. Ревен тут же опустила взгляд в пол и поджала губы.

— Я пойду.

— Подожди. Кто лежит в гробу у стены?

— В каком гробу?

— В склепе с ангелом.

— Дети Госпожи.

— Их же у неё трое? — уточнил Никандр. Женщина кивнула. — А гробов четыре. И четвертый гроб, судя по размерам, принадлежит взрослому человеку. Чей он?

— Не знаю. Я же сказала, что в склеп никто кроме Госпожи не заходит.

— А как думаешь кто там может быть? Ларель?

— Король Ларель похоронен в родовом склепе рода Нарин — в столице Салии.

— В столице? — ещё больше удивился Никандр. — А почем дети захоронены здесь?