Калисту отнюдь не успокоила мысль о том, что вокруг толпа мертвецов, которые, возможно, тоже попытаются к ней обратиться. Она взглянула на заросли камыша и заметила несколько лиц, бледных, с блестящими в темноте глазами, как у диких животных.
Её окружали мёртвые. Калиста быстро отвернулась.
После полуночи всё это не будет иметь никакого значения. Она перестанет их видеть.
– Далеко ещё? – спросила Калиста у Девона, чувствуя, что нервы у неё на пределе.
Девон задумался, потом кивнул.
– Нет, – сказал он. – Прямо и налево. Но надо будет спуститься под землю, чтоб войти.
– Прекрасно, – буркнула Калиста. – И вы, покойнички, нам не поможете?
Призраки молча смотрели на неё.
Уайленд, вздрогнув, начал озираться.
– Кто?!
– Неважно, – сказала Калиста. – Девон говорит, теперь прямо и направо.
Уайленд облегчённо вздохнул.
Кусты стали гуще, они загораживали всё, кроме тропинки. Калиста боялась, что они пройдут мимо лачуги, но тут Девон обогнал её и указал направо.
– Сюда, – сказал он и исчез в камышах.
Калиста остановилась и направила в ту сторону луч фонарика. Там сплошной стеной рос камыш. Тропинка исчезла. Земля превратилась в сплошную грязь.
– Да ладно, – недоверчиво сказал Уайленд, глядя то на Калисту, то на заросли.
– Он сказал, что нам туда, – неуверенно произнесла Калиста.
Они ещё немного подождали. Калиста раздвинула камыши, пытаясь что-нибудь разглядеть, но тщетно. Пришлось довериться Девону.
Время истекало.
– Пошли, – сказала она Уайленду и шагнула в заросли.
Ноги вязли, грязь липла к кедам, и Калисте стало страшно.
– Осторожно, – велела она, пробираясь через камыши.
Каждый шаг давался с трудом, и дважды она поскальзывалась.
– Пожалуйста, только не трясина, – пробормотала Калиста, держа дрожащей рукой фонарик.
Девон, идущий впереди, время от времени оглядывался, чтобы убедиться, что она не отстала. Калиста на мгновение подумала, что, может быть, он нарочно ведёт их на смерть. Но от него не исходило ничего, кроме доброты и надежды. Девон хотел, чтобы его нашли, даже если не мог этого выразить.
И тут хлюпанье вдруг затихло. Настала тишина. Неестественая тишина. Стало холодно. У Калисты заныли кости, мышцы стало сводить. Её замутило. Она почувствовала… смерть.
Дом Эдвины был близко.
Калиста осмотрелась и заметила справа небольшое возвышение. Там, между двумя кустами, виднелась верхушка каменной трубы, осыпавшаяся от старости. Угол лачуги был скрыт мхом и травой, но Калиста разглядела залепленное грязью оконце. Она облегчённо вздохнула.
– Вон там! Уайленд, смотри!
Уайленд побежал к ней. По пути он потерял в грязи кроссовок, и ему пришлось некоторое время балансировать на одной ноге. Надев кроссовок обратно, он осторожно подошёл к Калисте.
– Где? – спросил Уайленд, и его дыхание паром повисло в воздухе. Он вздрогнул от холода, который начал их окружать.
Калиста показала. Когда Уайленд увидел крышу домика, у него округлились глаза.
– Дом… – прошептал он. – Точно, дом.
– Чувствуешь? – спросила Калиста, ощущая дурноту. – Чувствуешь энергию? Она как яд…
– Нет, – сказал Уайленд. – Ну… я немного злюсь. Мне как-то не по себе…
Калиста понизила голос:
– Тёмная магия вокруг нас…
Она сунула руку в карман и коснулась лунных камней, заряженных благой энергией.
– Tranquillitas et stabilis, – негромко произнесла Калиста.
«Спокойствие и устойчивость». Она повторила это ещё раз, и тишина начала отступать. Послышались кваканье лягушек и негромкий шорох ветра. Боль утихла.
– Ты правда думаешь, что ребята там? – спросил Уайленд.
– Сейчас узнаем, – сказала Калиста, собираясь с духом.
Она ещё раз взглянула на Девона и поблагодарила его кивком. Он начал таять. Очевидно, дар слабел. Калиста поспешила к открытому окну.
Чтобы подобраться к цели, ей пришлось держаться за крышу, которая наполовину ушла в грязь. Мох был липким, дерево крошилось, стоило сжать пальцы покрепче. Оконный проём доходил Калисте лишь до коленей. Нужно было спуститься под землю, чтобы попасть в дом, как и говорил Девон.
Калиста попыталась посветить фонариком через грязное стекло, но в темноте ничего не увидела. Она понятия не имела, что ждёт внутри. Она сделала глубокий вдох и выпустила облачко белого пара.
– Я первая, – сказала Калиста Уайленду. – А ты лучше подожди здесь.
– Ни за что, – ответил он. – Но… если хочешь, лезь первая.
Он тут же покраснел. Калиста рассмеялась. Она ценила чужую честность. Кроме того, для человека, который не обладал даром медиума, Уайленд держался очень храбро.
Калиста села на корточки и начала отгребать землю от окна. Затем она схватилась за раму и попыталась её приподнять. Уайленд пришёл ей на помощь, упёршись ладонями в стекло. Старое дерево трещало и скрипело. Наконец окно открылось.
Немедленно им в нос ударил запах гнили. Уайленд отстранился и поморщился.
Затем из дома стала сочиться и энергия; тёмная, скользкая, она ползла к Калисте, как струйка слизи. Да, Эдвина определённо навещала своё прежнее жилище. Её присутствие пропитало стены, землю, крышу. Это был её дом, часть её.
