— А кто тогда? — прищурившись, буркнул Николас. Он ведь тут в сундуке лежал, в холщовом мешочке.
— Тогда вспомни, когда ты его последний раз в руки брал? Может, переложил куда?
— Дык лет пять назад, кажись. А то и больше, — неуверенно промямлил мужчина, почесав затылок.
Рода руками всплеснула и укоризненно головой покачала:
— Пресвятая Магдалина! Пять лет, Николас!
— А хоть бы и десять! — огрызнулся муж. — Что ж он, по-твоему, просто взял да пропал от времени?
— Не горячись, найдется твой оберег. Поешь, пока не остыло. А вы, если сыты, марш отседова! — повелела миссис Ванклауд, махнув на детей полотенцем и подливая супружнику горячей похлебки.
Отпрысков как ветром сдуло. Насытились иль нет, а лучше уйти от греха подальше, пока раздосадованный отец сычом на всех смотрит.
Запах жареной зайчатины разносился далеко по лесу. Хью не сомневался — ведьма не заставит себя ждать. И никакой магнетит не понадобится. Пошевелив в костре ветки, мужчина перевернул томящуюся над огнем тушку.
— Неужто опять заблудился? — колокольчиком прозвенел голос Мари, едва мясо прожарилось наполовину.
— Вовсе нет, — возразил Хьюго. — Пришел спасибо сказать за снадобье. И давай не будем притворяться, я знаю, ты в лесу живешь. Догадался.
— Вот, значит, как, — оробела Мариотта и, скрыв волнение, устроилась по другую сторону костра.
— А еще я понял, что ты одна живешь. Может, тебе помощь по хозяйству нужна? Забор поправить, крышу подлатать, дров нарубить. Ты не робей, скажи. Я все могу.
— Дом мой ты не увидишь, — покачала головой ведьма, улыбнувшись исподтишка.
Сняв готовую тушку с огня, Хью насадил на прутик несколько грибов и протянул его над костром.
— Не боязно одной в лесу жить?
— А чего мне страшиться?
— Ну, с волками-то ты ладишь, а люди? Встретились мне на днях. Девушку искали. Посему, выходит, тебя.
— Отчего ж непременно меня? — простодушно дернула плечами девушка, но неодобрительный взгляд серых глаз мужчины напротив заставил перестать упрямиться. — Ну да если и меня, то, что с того? Я местная травница, мало ли кто и зачем меня ищет. Я в помощи никому не отказываю.
— Нет, Мари. Не затем они тебя искали. Это ты и сама ведаешь, да только скрытничаешь. Для чего тебя те мужчины преследуют? — напирал Хью.
От вспыхнувшего негодования ведьма вскочила на ноги.
— Единственный, кто меня взаправду преследует — это ты! Так может, это тебя мне следует опасаться? Кто ты? Чего ты от меня хочешь?!
— Кто я?! — поднялся с земли и Хьюго. — Я тот, кто не единожды тебя от большой беды спас. Я тот, кто помочь тебе желает! По нраву ты мне пришлась, — и, признавшись, шагнул к девушке.
— Да с чего ты решил, будто мне помощь нужна? — отшатнулась Мари от мужчины, как черт от ладана, — Говорила я тебе и снова повторю. Не приходи и не ищи меня больше, — отчитала, подол отряхнула, косы упрямо за спину отбросила и скрылась за деревьями.
Хью лишь усмехнулся вслед:
— Вот же упрямый рыжий дьявол.
Вечерняя трапеза в доме Ванклаудов проходила в полной тишине. Дети боялись даже ложкой невзначай по миске скребануть. Неожиданно Николас замер на секунду и выскочил из-за стола, ничего не объясняя. Пока из опочивальни супругов была слышна возня, семейство с опаской переглядывались друг с другом. Николас вернулся быстро и довольнее кота, слизавшего сметану. На стол глухо упал амулет.
— Нашел?! — обрадовалась Рода.
Николас кивнул:
— Я ж его из сундука переложил в твою шкатулку. Ту, что с секретом на дне.
— А что это? — осмелела Марта.
— Амулет ведьмы, — охотно объяснил отец. — Пять лет назад я с его помощью уже одну ведьму со свету сжил. И сделаю это сызнова.
— Пресвятая Магдалина! — ахнув, прижала руки к груди Рода. — Николас, одумайся! Беду накличешь!
— Неужели ты не понимаешь? — насупился муж. — Они ни за что не оставят меня в покое, пока живы. Но я покончу с ними, и тогда уж ничего не будет угрожать ни мне, ни тебе, ни детям.
Возражать никто не осмелился. И жена, и дети знали. Ежели мистеру Ванклауду что-то втемяшилось в голову, то спорить бесполезно.
Мысли молодой ведьмы настырно крутились вокруг последней встречи с Хьюго. Его слова пугали. Она была так осторожна, но все равно позволила ему узнать и что в лесу живет, и что снадобья готовит.
— Надо бы снять с него чары, иначе не отстанет. Еще чего доброго, прознает про меня всю правду, — твердо решила Мари и открыла книгу с рецептами.
Пару страниц перелистнула и замерла. Нехорошее предчувствие, как ледяной водой окатило. Испуганно обернувшись к двери, она прижала к себе гримуар и попятилась. Правильно она рассудила — связь порвать, только запоздала немного. Спрятав книгу, Мариотта отворила дверь.
— Как ты нашел меня?
Хью деловито скрестил руки, привалился спиной к стволу высокого дерева и улыбнулся:
— По следам. Я сын егеря. Отец учил меня читать следы и ходить по лесу.
— Выходит, солгал, что заблудился, — упрекнула девушка. — И все же напрасно пришел. Уходи.
— Не гони, — вмиг став серьезным, мужчина оторвался от дерева и приблизился к Мари, почти касаясь ее. — Люба ты мне. Ничего с собой поделать не могу. Дозволь войти.