Мария вскочила на ноги. У неё сильно заурчал живот. Мария, уже в который раз, пожалела о том, что не ела сегодня, объявив Ане бойкот, за её запреты. Но выбора у царицы не оставалось. На кухню спускаться бессмысленно. Все спят, там всё закрыто. Мария с улыбкой подумала о том, как будет её отчитывать Баш за это. С его-то слухом, он без труда услышит протесты желудка императрицы.
Решив, что она уже не уснёт, Мария начала не спеша одеваться. Сапоги, рубашка, брюки, куртка, плащ… Казалось бы, ничего трудного нет, да только, когда источником света служит лишь пламя в камине, очень трудно всё это отыскать. Ещё труднее было застегнуть всё правильно. Когда же с этим проблема была решена, появился вопрос об оружии. В мастерской камин редко топился. Мария в основном работала там днём. Вот и сейчас, при свете звёзд и луны, там найти что-то было просто нереально. Девушка раз пять натыкалась на что-то в темноте, тихо ругалась, если стычка проходила не бесследно для её нервных окончаний. Но, наконец, она нашла один из трёх столов, стоявших там, и выдвинула ящик. Там поблескивал кинжал, выкованный девушкой этой зимой. Лук и стрелы висели на крюке, вделанном в стену перед царицей.
Когда всё было готово, Мария не без облегчения услышала, что настало три часа утра. Значит, ровно через полчаса надо будет выходить. Девушка с трудом дождалась этого времени. Когда раздались заветные удары, она вышла за дверь, поблагодарив судьбу за то, что во время отправила стражу. Незаметно пробралась на первый этаж к чёрному ходу, ведшему во внутренний сад дворца. На улице было довольно прохладно. Царица поёжилась, направляясь в сторону конюшни. Она оказалась не закрыта. Императрица подошла к стойлу своего коня. Тот весело начал мотать головой, вспенив чёрную гриву. Белый свет звёзд заиграл на его бархатной смоляной шерсти.
— Привет дружок! — улыбнулась девушка, целуя мягкую мордочку скакуна. — Прости, я тебя разбудила верно? Ну, не смотри на меня так. У нас с тобой долгая дорога впереди.
Девушка вывела коня и за несколько минут вся его экипировка была надета. Царица вскочила в седло. Убедившись, что сидит она правильно, Мария тронула коня. Они выехали в сторону речки. Конские копыта без труда разбили подтаявший ледок. Конь бежал по щиколотку в холодной воде, разбрызгивая её. Многие брызги осели на ногах императрицы, но она, казалось, даже не обратила на это внимания. Её глаза внимательно вглядывались в темноту под деревьями. Небо ещё не начало светлеть. Девушка испугалась, что приехала слишком рано. Юная царица, достигнув деревьев, начала оглядываться. Было очень тихо. Даже ветра не было.
Внезапный свист заставил её вздрогнуть и обернуться на звук. Рука непроизвольно легла на рукоять кинжала. Но тревога была ложной. Мария закатила глаза, увидев в лунном свете Баша. Он тоже был в седле.
— Молодец, только, честно говоря, я рассчитывал на то, что ты приедешь к рассвету, а не за два часа до него.
— Да ладно тебе, Баш, — отмахнулась девушка. — Я и этого-то времени с трудом дождалась.
— В смысле, — он непонимающе нахмурился. — Ты что, не спала?
Мария незаметно скривилась.
— Ну, в общем… да.
Она услышала, как Себастьян разочарованно вздохнул.
— Да-а, чувствую, тяжело мне будет. Ладно, поехали. Спать ты хоть не хочешь сейчас?
— Нет, — Мария покачала головой, направляя коня вслед за скакуном друга. — По крайней мере, не очень.
— Ну, ты учти, что мы сможем сделать привал только на ночлег если остановимся. Нас наверняка искать будут.
— Я это учла ещё когда спать легла. Только уснуть всё равно не получилось.
Теперь наступила тишина. Не хотелось нарушать мирную тишину раннего утра. Начали заливаться ранние птицы. Совы возвращались в свои дупла, пристраиваясь в них для дневного сна. Их глаза зловеще сверкали в предрассветных сумерках. Кони шли, тихо поскрипывая копытами по снегу.
Однообразный вид: казавшийся бесконечным лес, сплошные дубы и сосны. Несколько раз на пути попадались волки, но они были говорящими и путников трогать не стали. Когда начало смеркаться, они расположились между четырёх дубов. У их подножия они оставили лошадей. Мария принялась разводить костёр и кормить лошадей, а Баш ушёл на какое-то время дальше в лес. Отужинав какой-то птицей, название которой Мария так и не смогла втиснуть в, и без того затуманенную от усталости голову, они легли спать.
