– Убери его, убери!!! – завизжал он. – Это был… это… ты же меня прикончишь!!!
И тут в нашу тесную компанию затесалось не иначе как само провидение. Хлопнула дверь, и за спиной отчаянно заорали:
– Облава, кореша! Волчий рейд! Вали кто куда!
Никто даже на мгновение не задумался над правдивостью сего заявления. Началась "эвакуация" из помещения. Кто-то с матерщиной ломился в мутные окна, кто-то пропихивал менее расторопных "коллег" в заднюю дверь. Последним, матерясь, слинял хозяин. В притоне стало неестественно тихо. Пучеглазый и шлюха мимически изображали готовность взять нижние конечности в верхние, как только я определюсь с приоритетами.
– Будем считать, что у тебя, рыбьи потроха, сегодня второй день рождения, – процедила я. – А ты, пошла вон.
– Не бросай меня, Греда, – прохрипел Кварша, – она меня замочит!
– Да пошел ты! Я сваливаю! – Проститутка подобрала дряблые телеса и бросилась к черному ходу. Хлопнула дверь, и мы остались вдвоем.
– Мне нужен врач, – заканючил хмырь, зажимая рану на животе.
– Ничего с тобой не случится, – усмехнулась я. Сгребла его за шиворот и вытащила из-за стола. – Если не заткнешься, последние услуги тебе окажет гробовщик.
Я потащила потенциального информатора на свежий воздух. Тот попытался нетранспортабельно обмякнуть, но получил живительный пинок под ребра и воскрес к движению.
Снаружи была ночь. Небо оказалось затянуто низкими бугристыми тучами. Навстречу рванулся ветер и швырнул в лицо пригоршню колючей крупки. После смрадной духоты притона городской воздух, даже с привкусом ближайшей помойки, показался приятным и свежим. Я глубоко вздохнула, чтобы очистить легкие. Сразу стало легче, хотя под ложечкой противно посасывало.
– Куда ты меня тащишь? Нас поймают!
Я двинула ему по морде, чтобы умолк, и завертела головой по сторонам. Черный ход вывел в загаженный проулок, где мусорные контейнеры, присыпанные снегом, подпирали отвесные стены соседних зданий. Единственная пожарная лестница на крышу была обломана на высоте в два человеческих роста. Забраться по ней в одиночку не составляло никакого труда, но уходить крышами с этой тушей на загривке было несподручно. Тем более под вой полицейских сирен.
– Внимание! Всем оставаться на местах! – Сверху зависла черно-белая пластинка полицейского ковра-самолета с россыпью красно-синих огней по краям. – При досмотре следовать принятым процедурам! Любое сопротивление будет немедленно подавлено!
