— Все очень просто, — Густаву почему-то подумалось, что надо бы проверить себя на способности к магии метаморфизма. Ибо он чувствовал, что улыбается сейчас ну просто точь-в-точь как какая-нибудь акула или хотя бы крокодил. — Раньше ты уделял моим грузам повышенное внимание раза в полтора-два, а теперь будешь уделять пониженное во столько же. До конца дней своих, ну или пока с должности не снимут, смотря какое событие меня раньше порадует… Никакой контрабанды там не будет, можешь на этот счет не переживать, ведь доступ к боярской печати у меня есть, а с ней хоть черта в ступе официально протащить можно. Но вот количество товара указывать будешь меньшее, сколько бы того товара не было. И конечно не всегда с ним буду я, мои люди тоже считаются.
— Да ты ведь теперь за месяц протащишь больше, чем раньше за десятилетие добывал! — Не смог сдержаться начальник торговой палаты города Иркутска. И даже сам он не сумел бы сказать, чего в его голосе больше — зависти к чужим деньгам или страха перед теми, с кем он всегда делился своими побочными заработками, дабы не обращали внимания лишний раз на его работу и жалобы всякой голытьбы. — Вас, Полозьевых, в лучшие-то времена было человек сто пятьдесят, ну пусть триста, если считать всяких слуг и извозчиков…А сейчас у тебя сколько людей⁈ Десять тысяч⁈ Больше⁈ И ведь не ножками своими ногами по Сибири топаете, а на кораблях летаете куда захотите…
— А ты моих людей и корабли не считай, если жить хочешь. Жизнь-то у тебя одна, — с притворным сочувствием посоветовал чиновнику далекий потомок Чингисхана. — И если ты думаешь уйти в отставку, дабы стать мне бесполезным, то её у тебя быстро не станет. А сдохнешь ты по закону или нет, дело десятое. Я не капризный, терпеливый и настойчивый. Привык по следу неделями идти или несколько дней по-настоящему ценного зверя в засаде караулить. Можешь, конечно спрятаться попытаться, в монастырь там уйти, фамилию и внешность сменив…Но — найду. Обязательно найду. Вот кем хочешь и чем полкянуться готов, что найду.
— Ты не посмеешь! — Едва ли не проскулил Семен Акакьевич, чья лощеная физиономия давно блестела от крупных и жирных капель пота. — Я — дворянин! Ты думаешь, тебе такой сойдет с рук⁈
— А почему нет-то? — Взглянул на него с некоторым удивлением Густав. — С боярскими родами напрямую ты не связан, так, чей-то там вассал, чья семья даже вскладчину беднее тебя одного… Откуплюсь. Хотя нет, просто пойду и куплю кого надо, чтобы тебя жандармы потрошили со всем старанием и прилежанием, проверяя и на предмет связей с иностранными разведками, и на принадлежность к культистам, и на сочувствие к революционерам, жаждущим восстановить Союз Орденов…А после принесли мне ящик мыла, из твоего сала заживо вытопленного. И твою же хорошо выделанную шкуру!
Глава 3
— Я пошла всем делать кофе! И бутерброды! — Оповестила Река, быстрым уверенным шагом покидая помещение под завистливые взгляды всех присутствующих, включая Олега. Ибо приготовление легких закусок, а хоть бы и полноценного праздничного обеда с несколькими переменами блюд, всем из них казалось занятием куда более легким и интересным, чем неприятная, но необходимая альтернатива. — Всё равно я лишь глупая скво во всей этой магической книжной премудрости белых людей ничего не понимаю…
— Вернись обратно, лентяйка! Ты умеешь читать! На трех языках минимум!
— Ты знаешь цифры, нечего дурить! Кто у меня в прошлом месяце учебник по ритуальной геометрии спер⁈
Вслед за попытавшейся смыться коллегой с громкими возмущенными криками ломанулось остальное семейство Стефана, оповещающее всю округу, что сия краснокожая особа отлично эрудированна и по части владения русским языком могла бы дать фору многим сельским учителям или же деревенским батюшкам…Однако представительница коренных народов Америки уже удалялась куда-то на полной скорости вдаль по коридорам, громко цокая каблучками, словно проворная степная газель, удирающая по прерии от преследующих её волков.
— Мда, не так я себе представляла вхождение в Палату Лордов на правах супруги одного из самых этих лордов…– Несколько отстраненно заметила светловолосая эльфийка, очень большими и очень круглыми глазами взирая на наполовину разобранную стопку документов, высившуюся перед ней на столе. А коварно улыбающаяся Анжела, подкладывающаяся со спины к супруге Святослава, уже подтаскивала ей следующую порцию особо важной и особо ценной макулатуры, за возможность заглянуть в которую одним глазком многие шпионы наверняка бы отдали неплохие деньги…Может быть даже не проклятые, не отравленные и не сопровождающиеся ударом кинжала в спину. — Совсем не так…Думала, будут балы, интриги и политика, а тут покрытые пылью бумажки, на фоне которых мой сборник алхимических рецептов выглядит тоненькой записной книжечкой.
