— Палата, стал быть, лордов — это, ну, того-этого, в Англии. А у нас, дык, не палата, а дума боярская…Хотя оно ж конечно шо то, шо это, один, значица, хрен! — Бывший крестьянин героически пришел на помощь своей жене и свистнул из лежащей перед ней стопки самую верхнюю бумажку. Обычно Олег предпочитал спихивать рутинную работу на созданную канцелярию, но время от времени устраивал своим сотрудникам выборочные проверки на предмет злоупотреблений, халатности или утраты здравого смысла на фоне головокружения от успехов. К огромному сожалению чародея, последний диагноз встречался куда чаще, чем хотелось бы, и нормальный казалось бы человек, ну или нелюдь, вдруг начинал в своих отчетах приукрашать действительность или высасывать из пальца якобы проведенную работу. Причем даже не всегда подобному проступку корыстные интересы сопутствовали. Иногда хватало банальной лени или желания выглядеть лучше на фоне других ради уважения окружающих и надежды на то, что начальство такого хорошего сотрудника заметит и по справедливости вознаградит…И Олег вознаграждал. Пару раз дело чуть до смертных приговоров не дошло, когда вскрывалось редкостное головотяпство, способное однажды привести не просто к многотысячным убыткам, а к потере сотен человеческих жизней. — Дык, а ежели мы полезем в политику и интриги без опоры на крепкий тыл, за который отвечают енти, значица, бумажки, то запросто можно обмишулиться по крупному, после чаго и из думы вылететь, и голову по пути потерять…Так…Хм…Енто как…Я шо-то, стал быть, не понялъ…Олег! Откуда у нас, значица, пять десятков тысяч солдат в списочной ведомости⁈ Да исчо с хвостиком, причем здоровым таким…
— Сколько-сколько там солдат указанно? — Захлопал глазами Стефан, мгновенно откладывая в сторону изучаемую им кипу документов, которые судя по надписям на толстых картонных папках относились к складской документации. А судя по тому, что кто-то довольно талантливо пририсовал поверх журнала учета зачарованных боеприпасов бомбу с зажженным фитилем, да еще и заставил огонек на её конце непрестанно искриться за счет легкой иллюзии, где-то в бухгалтерии маялся дурью потенциальный художник-артефактор. Олег мысленно сделал отметку этот талант найти и к более полезному делу приставить. Агитплакаты, буквари, может быть даже комиксы…Подавляющее большинство населения Индии было неграмотным полностью и абсолютно, а потому послания к ним для большей эффективности следовало сопровождать наглядными иллюстрациями. Ну и приучать их все-таки читать потихонечку, добавляя к красочным материалам интересный сюжет…И, пожалуй, капелькуполезных практических знаний, вроде рецептов травяных припарок которые точно помогут или формулы классического черного пороха…– Пятьдесят тысяч⁈ Ну, это явно кто-то из индусов опять заврался…Или опохмелился вдрободан с нашими стрельцами перед тем, как на работу идти.
— Действительно, — важно покивал Святослав. — Пятьдесят, стал быть, тыщ…У нас чё, исчо один военный городок есть, про который мы ничё и не знаем? Сам видать, того-этого, вырос, аки гриб после дождя…Сразу с солдатиками, значица…
— Действительно странно, — почесал лоб тыльной частью карандаша чародей, у которого от названной цифры чуть глаза на лоб не вылезли, а мозг автоматически попытался подсчитать сумму ежемесячного жалования, которое он должен выплачивать такой толпе квалифицированных специалистов. Олег стоически относился к тому, что кто-то из его подчиненных где-то привирает или просто ошибается. Во-первых, привык, во-вторых, а где ему было взять компетентные кадры, кроме как самолично обучить? Однако тут масштаб явной ошибки оказался каким-то слишком уж громадным, такое бы канцелярия не пропустила. Слишком сурово чародей за просчеты своих подчиненных не наказывал…Но и ничего не забывал, кого оставляя без премии, кого штрафуя, а кого и вовсе переводя приказом с денежной и уважаемой начальственной работы куда-нибудь в курьеры или сторожа. — Ну-ка дай сюда…Фух, ну ты меня прямо напугал! Тут же черным по белому написано: военнослужащих элитных — пять тысяч семьсот, военнослужащих обычных — шестнадцать тысяч четыреста сорок. Резерв ополченцев первой очереди — десять тысяч тридцать два, резерв ополчения второй очереди — пятнадцать тысяч двести пять. Но ведь ополченцы резерва — это же не солдаты!
