— От лица меня и моего коллеги я приношу официальные извинения, хотя и понимаю, что извинений этих в данной ситуации абсолютно недостаточно! — Поспешно заявил католик, положив руку на плечо вздрогнувшего Бонифация, чьи световые кастеты вдруг взяли и погасли. Только вот Олегу было на самом деле интересно, насколько он на самом деле раскаивается в том, что совершил, а насколько его слова вызваны тем, что драконьи когти клацнули уже всего-то в метре над головами парочки церковников, бывших среди себе подобных то ли самыми главными, то ли просто первыми среди равных…Или тех, кто еще был жив.- Мы без сомнения готовы выплатить достойную компенсацию за свои поступки или даже ответить за них перед законом Божьим и людским, но только после того, как выполним свою официальную миссию! Обратимся с вашей помощью к руководству Северного Союза, дабы силы этого государства могли влиться в коалицию, что намерена покончить с угрозой демонов, оскверняющих собою этот мир! Это в его интересах! И в ваших тоже! Одним из первых обязательных пунктов соглашения является мораторий на ведение войны друг с другом, что действуют на протяжении всего времени борьбы со злом и десять лет после! Причем Англия соглашения уже подписала…
— Я не верю словам тех, кто прибыл сюда обманом, убил моих людей и, возможно, собирался убить меня! — Заявил Олег, но тем не менее поднял руку, останавливая уже занесенную для удара драконью лапу. Ну и Святослава, вокруг которого уже водила хоровод пара сотен крупненьких таких шаровых молний, некоторые из которых подозрительно напоминали не просто сгустки энергии, а скорее каких-то существ и, скорее всего, являлись накаченными силой духами. — Сложите оружие и сдайтесь для суда — тогда будете живы. Нет? Я буду обращаться с вами как с прислужниками вторгшихся в наш мир демонов, ибо только им на пользу пойдет гнусное убийство тех героев, которые уже не один десяток раз сражались с воинством нижних миров!
— Послушай ты… — Вспыхнул было один из церковников, что как-то незаметно скучковались за спиной у Бонифация и его коллеги, что на фоне прочих выделялись примерно как лампочки посреди горящих свечей, но продолжить свою речь он так и не смог. Помешал старый и потрескавшийся деревянный посох, которым рот крикуна закрыли аккуратно, но сильно.
— Мы сдадимся, но я прошу дать мне время, чтобы всех в этом убедить и избежать дальнейшего смертоубийства, а также провести прямо здесь небольшой молебен, дабы наши братья узнали о случившихся событиях и страшной ошибке, которую мы допустили. — Заявил католик, а после аккуратно положил на пол свою святую реликвию и толкнул её к Олегу.
— Полчаса, — процедил Олег, подбирая едва ли не обжегший ему руки посох, который тем не менее был вполне себе комнатной температуры, а после направился в сторону ближайшего из находящихся здесь бойцов, который вроде бы был ему лоялен. Ну, во всяком случае, он хоть и пришел в себя, но явно не понимал, что происходит, русского языка не знал и не слишком-то успешно притворялся бессознательным и медленно тащил рукой из кармашка на поясе гранату, готовясь метнуть ту в скопление противника, что так удобно столпился плотной группой. — У вас есть полчаса на то, чтобы предатели и их братья по вере сложили оружие и ответили за свои преступления! Но если кто-то попытается причинить дальнейший вред моим людям или попытается бежать — ему не жить!
