Ведьмак махнул рукой и рядом с бегущей к воротам группой громыхнул взрыв. Один эльф перекувыркнулся в воздухе, разбрызгивая кровь. Второй рухнул навзничь, не прекращая ужасно кричать. Ещё один низушек зацепил растяжку, снова грохнуло. Краснолюд с рёвом кинулся бежать, когда спрятанная в траве доска с вбитыми гвоздями с размаху ударила ему в лицо. Ведьмак швырнул ему в след бомбу, скоя'таэль больше не мог бежать, даже если был жив.
Антоан почувствовал как у него щиплет глаза, а рот наполняется солоноватой слюной. Это была бойня. Белки отступали, тянули за собой раненных.
Бард отвернутся и поклялся себе что не напишет об этом ужасе ни единого слова. Едва переставляя ноги поплелся к печам.
В реальность его рывком вернул крик. Полный боли и страха вопль умерающего. Но не из-за спины.
Люди в панике бегали между большими пузатыми горнами, а за ними бесшумными, изящными, смертоносными тенями скользили эльфы, обогряя землю. Какая-то женщина завопила, прикрыв собой ребёнка. Высокий эльф в низко надвинутом Лисьем колпаке и почти полностью закрывавшей глаза маске пронзил их мечом, обоих. Длинноногая эльфка выскользнула казалось из ниоткуда, ударом зериканской сабли срубила голову кмету, пытавшемуся защитить двух детей. Мальчика залило кровью с ног до головы. Он завопил, схватил маленькую, лет пяти, сестру и кинулся в сторону Антоана. Эльфка крутанула саблей и полоснула его по спине. Дети упали. Мальчик не подавал больше признаков жизни, его сестра плакала, вся залитая кровью. Эльфка замахнулась вновь.
Антоан не понял почему в его руке оказалась длинная железная приблуда, что среднее меж кочергой и лопатой. Сейчас он вообще мало что понимал.
От удара эльфка пошатнулась, но оружия не выпустила. Она явно не ожидала что тощий почти мальчишка сможет прыгнуть к ней с такой скоростью и уж точно не ожидала что огреет еë с такой силой. Белка неуклюже мотнула саблей, не попала. Снова получила удар, на этот раз по руке, потом снова по голове.
Краснолюд с заплетëной в толстую косу рыжей бородой вынул топор из чьего-то черепа. Низушек верещал, нанося удары кричащей и захлëбывающейся кровью старухе. Высокий эльф с закрытым лицом обернулся к барду. Успел увидеть как его соратница мешком оседает на землю и с виска у неё бьëт алая струйка.
— Нейель! — рявкнул он.
Эльф скользнул к нему, рубанул от острого уха. Бард успел заслониться импровизированным оружием, но удар был такой силы что опрокинул его на задницу. Руки на секунду заныли, а потом их словно парализовало. Эльф с размаху пнул его в лицо, размахнулся для нового удара.
— Миран, берегись! — крикнул ему борода-коса и как нельзя вовремя.
Вернер налетел как ветер, нет, как угаран. Удары меча посыпались с такой периодичностью что звон стали о сталь мог сойти за перезвон "песни ветра". Рыжебородый кинулся на помощь, но упал с арбалетным болтом в глазнице. Антоан привстал на локтях. Через него тут же перепрыглули Фалон Бендайн и Золтан Хивай, с рёвом обрушились на выскачивших из-за печей белок.
Низушек с кинжалом успел полоснуть Фалона по руке, не глубоко спасибо толстой стеганной куртке. Ярпен снёс ему голову взмахом секиры. Золтан схватился сразу с двумя похожими как две капли воды эльфками, умудряясь теснить обеих ударами меча и большого кулачища. Петор уже хромал ему на подмогу, махая окровавленым топориком и переступая через краснолюда с расколотой надвое головой. Розовый мозг почти выпал из черепа.
Скоя'таэли значительно упали духом, несколько уже мчались к стене, через которую перебросили толстый канат по которому и забрались за укрепление. Мунро Бруйс не дал им уйти.
Ведьмак ушёл из под удара эльфа, ударил его аардом. Эльф пролетел над землёй пол сажени. Лисий колпак и маска слетели с лица. Ведьмак хохотнул, в глазах у него пылали нездоровые искорки ярости.
— Неисповедимы пути судьбы! Верно говорю, Мирандаль Аэп Мурин? — спросил он, голос дрожал от возбуждения.
Эльф Мирандаль поднялся с земли. Ахнули кажется всё кто видел его лицо. Привыкшие к карикатурно прекрасным эльфам и эльфкам, такая картина их пугала и вызывала тошноту.
У Мирандаля был пронзительный глаз цвета истинного изумруда, только один, ведь вторая глазница зияла тёмным провалом. Некогда красивые тонкие губы превратились в месиво из рваных шрамов. Весь носовой хрящь был отрублен под самый корень. Всё лицо покрывали длинные прямые рубцы, следы швов. Завершало всю эту вакханалию блестящая стальная пластина, выросшая в череп.
— Здравствуй ведьмак. — прошипел эльф почти не размыкая губ- Действительно неисповедимы. Я и надеяться не смел что ты ещё жив и у меня ещё будет шанс поквитаться с тобой!
— А я думал что прикончил тебя. Ха! Убить тебя дважды, вот так счастье! — крикнул Вернер уже бросаясь на скоя'таэля.