— Жить буду. — резюмировал Антоан, ощупав конечности. Он ободрал локоть и сильно ушиб крестец, но это была самая низкая цена за внезапное нападение чудовища.
— Значит идём! Хочу найти приличную гостиницу и наконец помыться. — воодушевился ведьмак выглядывая из переулка в котором они оказались. Его тон сильно контрастировал с той унылой физиономией, которая была у него последнюю неделю.
— А как же Скеллиге? Может сперва зайдем в порт, поищем корабль?
— В середине октября отсюда никто на острова не пойдёт. — отмахнулся Вернер- Опаздали мы на корабль. Но вспомни где мы! Это ж Горс-Велен. Мы точно найдём магика, который нас туда телепортирует!
Антоану сразу вспомнилась байка мастера Лютика, как однажды чародейка Йенифер швырнула его в портал. Со слов маэстро ощущения были не из самых приятных.
Город встретил их шумом, толкотней и смрадом. Казалось воняет из каждой, даже самой узкой, улочки. Сзади пахло ядреной смолой, с права тянуло рыбой разной степени тухлости, слева дерьмом и мочой, а спереди водкой и кровью. Люди толпились, сталкивались, ругались и кидались в драки. Тучные торговки, крича и ругаясь, пропихивались сквозь толпу с огромными баулами в руках. Состоятельные купцы пустили вперёд себя крепких охранников, а сами точно как тучные ястребы крутили головами, в тщетных попытках уберечь перевозимый товар от кражи. На месте стояли только бондари и изо всех сил отталкивали толпу от своих рабочих настилов.
— Ого! — занервничал Антоан- Это от карантинной зоны бегут?
— Не-а. Просто из-за чумы рынок в блошином квартале закрыли. Вот шушара и прëт на центральный. — пояснил ведьмак. Они всё ещё стояли в глухом переулке, в котором оказались после путешествия по сточным каналам.
— Надо как-то выбираться.
— Надо. — согласился Вернер. Ведьмак схватил барда за шиворот и приятных к себе, а потом уверенно шагнул в толпу. Он продирался сквозь толпу, успешно прокладывая путь локтями и пинками. Народ ругался и орал, но никто не решался пнуть огромного задоспешенного верзилу в ответ.
Потребовалось несколько минут и Антона наконец вывалился из столпотворения. Бард не мог похвастаться выдающимся телосложением и его не прикрывали стальные доспехи, так что он во всей красе оценил давку и случайно выброшенные в стороны локти горожан.
— Ну… Куда дальше? — едва дыша из за саднящих рёбер спросил поэт.
— Найти гостиницу, или трактир, или баню, что угодно. От нас дерьмом несёт.
— А деньги? Помнится гном угодил в пасть риггеру с твоим кошелем.
— Да нет. В том были камешки, деньги я в подкладку сапога спрятал. — сказав это ведьмак изменился в лице и быстро опустил взгляд вниз- Курва!
Из рваного голенища торчала одна единственная монета, чудом запутавшаяся в драной ткани.
— Абзац. — поэт пошарил в карманах своего дублета. Всего набралось три орена и две каэдвенские марки.
— У тебя же счёт в банке! Времени прилично прошло, думаю здешний филиал уже получил выписку.
— Знаешь что будет если мы зявимся в банк в таком виде? Сутки на позорном столбе и розги в придачу.
Ведьмак стал неспешным шагом нарезать круги.
— Есть у меня одна мысль. — после минутного раздумья сказал Вернер- Не очень законная, но других вариантов нет.
Отыскав самую неприметную среди захудалых городских бань Вернер набрал в ладонь несколько мелких плоских камешков, и приказав поэту держать рот на замке вошёл внутрь.
Банщик, сухой и сморщенный старик с редкими белëсыми волосами, даже не поднял на них взгляд.
— Семь оренов с одного. Шлюх нет, всё заняты. — прошелестел он.
Ведьмак бросил камни на стол и прежде чем старик успех поднять недоуменный взгляд прочертил пальцами три сложные фигуры.
Банщик вытаращил глаза, тут же затянувшиеся дымкой. Челюсть у него отвисла и с уголка бесцветных губ на грудь свесилась прозрачная ниточка слюны.
— Перед тобой двадцать оренов. — почти по слогам, чётко и разборчиво пророкотал Вернер.
— Передо мной двадцать оренов. — пуская слюни повторил банщик.
— Две бадьи, два мыла.
— Две бадьи… Два мыла…
— И ещё ты выстираешь наши вещи и высушишь их на печи.
Последнюю фразу старик не повторил. Вместо этого он медленно встал, сгреб со стола камни и пошатываясь удалился в помещение предбанника.
Спустя несколько минут мальчишка, помощник банщика, проводил их в небольшую комнатку всю затянутую паром от стоящих вдоль стен деревянных ванн, тазов и лоханей.
В одной из ванн вольготно разлегся молодой мужчина, его лицо скрывали особо плотные облачка пара. Две девушки, не самой великой красоты как оценил их Антоан, голые по пояс, стояли по обе стороны и с хихиканьем и обожанием обирали грудь и плечи мужчины. Через секунду из под воды перед мужчиной вынырнула третья "красавица".
— Ну как тебе, милый? — промурлыкала она с чуть сбитым дыханием.
— Чудесно! Как и всегда. — голос у мужчины был глубокий и бархатный, даже бард Антоан почувствовал укол зависти.