— Однако вскоре короля Родриго постигла внезапная смерть, — продолжал я, — и его место занял Винсент. Он ещё не принёс присягу и не проделал все остальные формальности, обязательные для вступления в сан монарха, но сути дела это не меняет — он теперь король. И вы все видели или слышали, как он разделался с Гоззо Эрбахом, поддержавшим остракизм. Беспрецедентная жестокость. Сантьяго покинул станцию, и что-то подсказывает мне, что мы его здесь больше не увидим…
Девушки поёжились, взгляд Люциуса стал внимательным.
— Винсент стал гораздо опаснее, чем был раньше, — я был сама серьёзность. — Почему это так, поясню чуть позже, сейчас ограничусь строгим предупреждением. Ну… Просто представьте психованную версию меня.
— Что, настолько опаснее⁈ — ужаснулась Снежка, припомнив мои подвиги в первые дни нашего с ней знакомства.
Я кивнул.
— На провокации не реагировать, в настоящие дуэли не вступать — убьёт. Если умрёте, потом не приходите жаловаться, — шутка вышла натянутая, и все это поняли.
— А виртуалку можно? — опасливо спросила Лиза, которая явно жаждала реванша за покалеченного Кузнечика.
Я прикинул возможности одержимого и кивнул. Выиграть у него она вряд ли сможет, но учиться проигрывать тоже нужно. Полезнейший навык. И даже в проигрышном бою с заведомо более сильным противником можно очень многому научиться.
— Но будь готова к тому, что очень обидно проиграешь, — предупредил я милые хвостики.
Последний слайд — «Спасибо за внимание.» И подпись автора — Юлий Марс — зачёркнута. Вместо неё «Юлий Рюрик».
— Доклад окончен. Вопросы?
Судя по взглядам девушек, меня сейчас начнут убивать.
Впрочем, они быстро сменили гнев на милость.
— Ну, теперь понятно, с чего такие вопросы, — протянула Снежка. — Я уже подсознательно чего-то такого после них ждала. Ну никак не укладывается простой марсианский сирота в то, что ты из себя представляешь.
Александра только кивнула.
— Вот оно как складывалось, — подытожил Люциус, задумчиво кивнув. — Но чего ещё ожидать от отпрыска самого Рюрика?
— Насколько серьёзный контракт о неразглашении нам придётся подписать после всего этого? — спросила Александра.
— Какие ещё подписки о неразглашении между друзьями? — не понял я.
Похоже, мои слова стали для неё настоящим шоком. Подобная степень доверия по отношению к такой, как она, выглядела с моей стороны полнейшей наивностью и даже глупостью. И она разрывалась между благодарностью за доверие и желанием выговорить мне за эту глупость.
— Ты очень неосторожен, — наконец высказалась она.
— Я научился разбираться в людях, — я улыбнулся. — К слову, я понял, почему ты ошиблась с моим тестом ДНК.
— Я тоже поняла, — вздохнула Герега. — Линия Рюрика считается утраченной, и её нет в наших базах. А линии Толстых и Романовых отделились от Рюриков уже очень давно… Но я не понимаю другого. Как ты можешь быть его потомком? Ведь род был уничтожен.
— Присоединяюсь к вопросу, — подхватил Люциус.
Я показал ему два пальца, он сокрушённо вздохнул, но не стал отказываться от своих слов.
— Всё началось, когда меня среди многих других отобрали для проекта «Ковчег», — начал я. — Все вы знаете, что «Ковчег» потерпел катастрофу, и это послужило причиной первой корпоративной войны. Но не все погибли при катастрофе. Мы все были погружены в криостазис и в таком состоянии были по одному найдены в процессе раскопок на месте катастрофы в полярной шапке Марса. Я один из выживших — и на текущий момент последний, кого нашли и вывели из криостазиса.
— Но твои навыки? — спросил Кас. — Если ты в этом возрасте был заморожен и потом возвращён к жизни, как ты успел научиться всему, что знаешь и умеешь? То, как ты летаешь — этому невозможно научиться в шестнадцать лет!
— Сознание в криостазисе не спит, — просто ответил я. — Это было одним из открытий, утраченных в ходе корпоративной войны. Мы все были подключены к центральному компьютеру «Ковчега», он уцелел после катастрофы, но не мог подать сигнал бедствия — связь была утрачена. В этом состоянии мы провели бездну лет, осваивая всё, что только могли, чтобы не свихнуться от бездействия.
Их заметно передёрнуло.
— Мы «Ковчеги» защищали во время прохождения, но я так и не поняла, что они из себя представляют, — смущённо сказала Лиза.
— Это была вершина достижений человечества того времени, корабль-станция с варп-двигателем, — пояснила Микаэла.
— Корабль поколений, — добавил я. — Он был рассчитан на то, что люди на его борту будут рождаться и умирать от старости, прежде чем он достигнет своей цели. И на нём сменится несколько поколений, пока он летит.
— Наверное, это было очень страшно, — тихо сказала Александра. — Улетать, зная, что тоьлко твои далёкие потомки смогут когда-нибудь добраться до выбранного места… и при этом — никаких гарантий, что так и будет.
— А что-то сохранилось с тех пор? — спросила Лиза. — Ну, какие-то документы… Что ты там был.
Я понял, почему она спросила о доказательствах. Её всё ещё грызло беспокойство, что я — плод измены её отца, а история с «Ковчегом» выдумана, чтобы её успокоить.
