Андровор и Синьора злобно смотрели друг на друга. Инспектор с явной неохотой поклонился. Синьора просто подняла глаза к небу и сделала Ласло знак продолжать. Ее подчиненные вернулись на свои места у зеркал.
Потирая руки, Ласло зашагал к перепуганным Дрейкфордам, которые сбились в кучку у стола. Он обожал находиться в центре внимания и считал, что первоклассный ведущий может оживить любое событие.
– Дамы и господа, сегодня нас ждет единственный в своем роде вечер! Мы собрались здесь, чтобы стать свидетелями аннулирования Проклятия Дрейкфордов, которое уходит корнями в 1665 год. Это торжественный момент, друзья мои. Позвольте мне представить нашу проклятую семью, Маргарет и Джорджа Дрейкфордов, а также их мать Элизабет Дрейкфорд, урожденную Кэмпбелл. Из дома нам передает привет Билл Дрейкфорд, который не смог присутствовать на церемонии по причине многочисленных серьезных увечий и сложности передвижения по пересеченной местности…
– Ласло! – зашипела Мэгги.
Демон поднял руку.
– Церемония будет краткой, – успокоил он людей. – После начального заклинания Маргарет поместит семь «материалов» проклятия в нужной последовательности в выемку Ведьминого Камня, затем разрушит чары, четко и с выражением произнеся
– Да.
Ласло обнял ее.
– У тебя все получится, – прошептал он и стиснул ее плечо, прежде чем обернуться к аудитории. – Дамы и господа, во время церемонии просим вас воздержаться от разговоров, не отвлекать людей и не фотографировать со вспышкой. Также, пожалуйста, переведите телефоны в беззвучный режим. При появлении призраков просто не обращайте на них внимания. Возможно, призраки будут пронзительно кричать и вести себя невоспитанно, но они абсолютно безвредны…
С этими словами Ласло поклонился и отошел к миссис Дрейкфорд, которая стояла у стола с «материалами». На сцену вышли Мэгги и Комок.
Мэгги подула на замерзшие руки.
– Комок, просто подавай мне предметы, когда я буду их называть. Ты знаешь, что означают слова из списка?
Он кивнул.
– Тогда начинаем.
Держа в руках перевод Кларенса, Мэгги подошла к каменной «чаше». Она собралась с силами, сосредоточилась и начала читать вслух, очень громко и четко.
На «алтаре» вспыхнуло адское пламя. Оно излучало такой сильный жар, что Мэгги едва не отступила; однако ей почти сразу удалось овладеть собой. Откашлявшись, она торжественным голосом произнесла:
– «Судьбы приговор»!
Комок протянул сестре пожелтевший пергамент. Мэгги взяла его и быстро положила в чашу. Последовала яркая вспышка, и из чаши пошел алый дым. Земля задрожала, а в Ведьмином Камне появилось несколько тонких, как нити, трещин. Сквозь трещины сочился красный свет.
– «Нечаянный дар»! – воскликнула Мэгги.
Она забрала у Комка какой-то цветок и опустила его на «алтарь». Вторая вспышка. На этот раз к ночному небу поднялись два столба оранжевого дыма. И снова холм содрогнулся.
Ласло огляделся. Призраки вставали из могил, над землей парили их полупрозрачные силуэты, такие же омерзительные, как сам Ведьмин Камень. Они обратили к нему размытые бледные лица с разинутыми в вечном крике ртами. Только по одежде демон мог отличить мужчин от женщин. Призраки бесшумно подплыли к Камню, взялись за руки и образовали вокруг него нечто вроде потустороннего хоровода.
Но даже эта зловещая картина не могла отвлечь Мэгги.
– «Любви сувенир»!
Мальчик подал ей какую-то старую фотографию. Послышалось змеиное шипение, и свечение сделалось бледно-желтым. Призраки начали перешептываться, и «хоровод» двинулся вокруг Ведьминого Камня по часовой стрелке. Ласло старался не смотреть на это.
– «Ненавистный кошмар»!
Мэгги подняла над головой маленькую льняную шапочку, покрытую бурыми пятнами. Девушка несколько секунд смотрела на вещь, прежде чем бросить ее. Нетрудно было угадать ее чувства по лицу.
Когда Мэгги добавила к остальным «подношениям» чепец, возникла изумрудно-зеленая вспышка. В Камне появлялись новые трещины. Свечение, идущее изнутри, усиливалось, озаряя стволы деревьев, окружавших поляну. Зрелище наводило страх.
– «Останки святых»!
Мэгги уложила на «алтарь» дар отца Анджело, и Ласло прикрыл глаза. Когда волосы и ногти святой попали в чашу, из нее ударил луч ярко-синего света. Призраки, продолжавшие водить хоровод вокруг Камня, ускорили шаг, их руки растягивались, как резиновые.
– «Самоцветы короны»!
