Анна взяла в руки фотографию - портрет в изящной рамке, с эффектом сепии изображал бледного, худенького темноволосого мальчика. Он был одет так же, как и его отец - в старинный дневной мужской костюм-тройку с белой рубашкой, но в отличие от отца, его лицо не отражало прекрасных царственных черт, а глаза были светлыми - видимо ребёнок унаследовал внешность матери.
- У нас уже побывали десятки специалистов самого разного рода, включая человеческих докторов. Но все они оказались не в силах определить, что это за болезнь. И никакие лекарства не облегчают его состояния.
- А какие у неё симптомы, у этой болезни?
- Высокая температура, слабость... Лихорадка, одним словом. Иногда появляется сыпь, как при аллергии, но быстро проходит. Поначалу он был бодрым, но около двух недель назад совсем слёг в постель и стал много спать. Как будто нутряной жар пожирает его, отнимая силы. Недавно ему стало хуже, он уже не просыпается и всё сильнее угасает с каждым днём. Я боюсь, что совсем скоро его душа отлетит...
Анна нахмурилась. Фото мальчика не несло в себе никакой информации. Она не могла увидеть ровным счётом ничего.
- Фотография не срабатывает, увы. Ты не привёз ничего из его личных вещей? Одежда, любимая игрушка, клочок волос?
Лицо Всеволода растерянно вытянулось:
- Я не подумал... Мне сказали, Вы работаете с фотографиями.
- Да, я работаю с фотографиями. Когда и сами фотографии работают. Но эта фотография по какой-то причине не содержит в себе ни капли информации о мальчике. Возможно всё дело в сепии. Фотография должна быть без обработки. Я оговариваю такие условия при предварительном разговоре по телефону.
- Я очень спешил... А моя информация не могла бы подойти? Моя личная энергия... Моя кровь, быть может? Ведь он мой сын, и моя кровь течёт в нём.
Анна внутренне содрогнулась - страшно было представить какую информацию могла нести в себе кровь столь древнего существа, которому столько всего пришлось прожить и испытать на пути своего нечеловеческого существования.
- Я не стану брать твою кровь, сумеречник. Но личная энергия... Может и сработать. По крайней мере стоит попробовать.
Анна быстро приготовила всё необходимое на своём рабочем столе - две высокие восковые свечи, большой хрустальный шар и конус особых травяных благовоний, помогающих войти в медитативное состояние.
- Положи руки по бокам от шара, закрой глаза и думай о сыне, - быстро и кратко проинструктировала она, зажигая свечи и ощущая всей кожей, что нужно торопиться.
Всеволод послушно выполнил всё, как велела Анна. Ведьма разожгла благовония, подождала несколько мгновений. Когда начал струиться ароматный белый дымок, она сделала глубокий вдох, и накрыла руки Всеволода своими ладонями. Мужчина даже не вздрогнул. Его энергия легко текла к Анне. По её предплечьям стали подниматься тёплые волны, а во рту появился привкус похожий на терпкий, сладкий виноградный сок.
'Надо же, его кожа вовсе не леденяще холодная, и не каменная на ощупь, как было сказано в книгах о Высших расах... Тёплая кожа, приятная, и словно бы бархатистая.' - пронеслось у Анны в голове.
- Книги имеют обыкновение лгать, - шёпотом произнёс Всеволод.
Анна отругала себя - знала ведь, что фэйри умеют читать мысли при личном контакте, и забыла экранироваться... Она тут же попыталась рассеять взгляд внутри хрустального шара. Сработало далеко не сразу. Анне пришлось приложить всю свою силу воли, чтобы направить мысли и энергию внутрь хрустального шара. И наконец её усилия увенчались успехом - она почувствовала, как прохладная острая энергия хрусталя заструилась вокруг неё своеобразным защитным коконом. Теперь она могла спокойно размышлять - Всеволод больше не услышит её внутреннего голоса.
Анна сосредоточилась на тепле его рук, на ощущениях от прикосновения, впитала энергию от своего камня-помощника в обручальном кольце, и постепенно в глубине её хрустального 'ведьмина зеркала' появились первые нечёткие картинки.
Сначала - красивое, но словно бы усталое лицо голубоглазой женщины с грустной улыбкой. 'Покойная жена' - догадалась Анна. Руки Всеволода ласково гладили её тёмные волосы, пальцы нежно прикасались к щекам. Анна как будто со стороны ощущала тепло и трепет которые он испытывал, касаясь её. Любимая смотрела на Всеволода с невероятной нежностью, и что-то мягко шептала. Анна поняла смысл их беседы - жена Всеволода сама захотела попробовать зачать дитя от сумеречника и осознанно пошла на риск, связанный с рождением общего ребёнка от столь разных рас. А Всеволод так сильно любил её, что не решился пойти против её желания.
'Безусловно, это была настоящая любовь, - подумала ведьма, - Как жаль, что порой судьба взимает с влюблённых такую высокую цену за счастье...'