– Чтобы от испуга тебя же им и покалечить? – Я скептически выгнула бровь и поняла, что такой разговор положительно сказывается на моем душевном спокойствии, отгоняя страх. – Давай ты лучше что-нибудь намагичишь и спасешь нас?
Призраки становились все более различимыми. Они обступили нас неплотным кольцом и двигались по кругу. В комнате стало ощутимо холоднее. Не сговариваясь, мы встали спиной друг к другу. Защитить тыл князя я вряд ли смогу, но, по крайней мере, мы будем стоять лицом к врагам.
– Самое удивительное, что я пытаюсь послать весточку брату или сестре, но понимаю, что они меня не слышат. Что-то блокирует связь.
– А вышибить дверь у тебя получится?
– Дубовую? Обитую железом?
– Если она обита железом, откуда ты знаешь, что дубовая? – Мне начинала нравиться эта пикировка, она хорошо отвлекала от нависшей опасности.
– Князья Вересковы весьма ценили дубовую древесину. Особенно мебель, которая отличалась повышенной прочностью. – И такой намек прозвучал в этой фразе, что я невольно покраснела. – Так, сейчас я начну медленно продвигаться к двери, следуй за мной спиной к спине.
Молча кивнув, я сделала, как мне велели, и тут же вскрикнула от испуга:
– Оно на меня ощерилось! И глаза полыхнули красным!
Секунда, меня ухватили за талию, и все пришло в движение. Мир завертелся перед глазами… А несколько гулких ударов сердца спустя я стояла лицом к пресловутой двери, а за спиной Яромир разгонял потусторонних сущностей магически светящимися клинками. Те, кого удавалось рассечь полностью, начинали исчезать, но на их месте тут же появлялись другие, материализующиеся в дальнем углу комнаты.
– Проклятье, мы так долго не протянем! Резерв почти на нуле, – тяжело выдохнул князь.
Не имея других идей, я начала изо всех сил колотить по двери – ну а вдруг кто-нибудь услышит?
– Не хочу тебя пугать, но это явно была спланированная ловушка. А я повелся, как подросток! – Яр ругнулся сквозь зубы, после чего откинул погасшее оружие в сторону и зашептал заклинание, формируя заряд на кончиках пальцев.
Даже при таком тусклом освещении было видно, что он выдыхается. На лбу от напряжения выступила испарина, а руки подрагивали. Духов хоть и стало меньше, но все равно оставалось достаточно, чтобы выпить нас досуха.
Маг упал на одно колено и тяжело задышал. Было страшно смотреть, как силы покидают этого несгибаемого мужчину. И все из-за какой-то маленькой невзрачной монетки…
Эта мысль была неожиданной, но очень и очень интересной. Бросив еще один взгляд на Яромира, я обогнула мага и, прикрывшись руками, просочилась сквозь пелену призраков. От соприкосновения с духами в груди все похолодело и стало трудно дышать, но сил схватить палаш и кинуться туда, где валялась пресловутая монета, хватило. Двумя руками сжав рукоять, я как могла ударила по слегка светящейся монете. Затем размахнулась еще раз, и еще…
Я слабо понимала, что и зачем делаю, но скопившаяся в груди злоба и обида требовали выхода. Бороться с призраками было нечем. Поделиться силой с князем тоже не могла, поэтому отрывалась на единственном доступном предмете. Яр, кажется, что-то кричал, но его слова доносились словно сквозь толщу воды. Понимая, что сил почти не осталось, я перехватила рукоять иначе и почти уронила клинок на пол…
Противный скрежет металла о металл… Мощная волна, выбившая из рук палаш. И монета, разлетевшаяся половинками в разные стороны. От яркой вспышки и новой волны меня откинуло к стене, а затем свет перед глазами померк.
Сложно сказать, сколько я провалялась без сознания. Может, минуту, а может, и час. Попытка открыть глаза привела к головокружению, в ушах слегка звенело. Стоило попробовать встать на колени, как в затылке разлилась тупая боль, намекающая, что меня очень хорошо приложило. Переждав приступ, я поползла в сторону лежащего на полу Яромира. Благо его светлячки не погасли и кружили над создателем, будто живые.
На мое счастье, князь дышал, правда, еле-еле. Я провела ладонью по его лицу, убирая прилипшие волосы, и вздрогнула. Такой холодный…
А что, если мне показалось и сердце уже не бьется? Перепугавшись, я принялась расстегивать рубашку на груди мага и, распахнув ее шире, приложила ухо. Глухие размеренные удары вызвали настоящую эйфорию. Я выпрямилась и еще раз осмотрела князя. Правда, в глаза почему-то бросалась не его изможденность, а загорелая кожа, скрывающая тугие мышцы. Гладкая грудь… А это что такое?
Я наклонилась, чтобы ближе рассмотреть темное пятно у самого основания шеи, и от догадки меня бросило в жар… Это был засос! Именно в том месте, где, помнится, я позавчера сама старательно помечала ночного визитера. Не знаю, что на меня тогда нашло, но вдруг подумалось, что мы никогда больше не увидимся, и я от отчаяния выразила чувства таким образом.
Я тряхнула головой, прогоняя наваждение. Нет, это не может быть Яромир. У него есть невеста, а значит, свободное время он проводит с избранницей. Наверняка она и поставила ему эту метку…