– Ее чем-то опоили? – Новый голос раздался от двери, а через мгновение Ставр уже стоял у кровати.
– И ты очень красивый! – выдохнула я, действительно не в силах отвести взгляд от золотых лучей, что сияли вокруг братьев.
– Так, давай остановимся на том, что здесь красивый только я, – с улыбкой произнес Яромир и перевел взгляд на Ставра. – Нет, не опоили. К ней вернулась сила.
– Вот это да! – присвистнул младшенький. – Ты посмотри, как светятся ее энергетические потоки!
– Магия слишком долго не имела выхода и теперь стала неуправляемой. Надеюсь, к утру успокоится, иначе придется вызывать специалистов. Велена, хорошая моя, ты меня понимаешь? – Вместо ответа я чуть качнула головой. – Что с Димией?
– А что с ней? Если закончила вылизываться, то, наверное, спит.
– Ничего, лекарь ее быстро разбудит. Если что, мы поможем, – немного угрожающе произнес Ставр, а потом удивленно переспросил: – А что значит «вылизываться»?
– Значит, что она была мокрая.
В настоящее время мне не было совершенно никакого дела до Димии. Я любовалась Яромиром и сиянием, которое от него исходило. Хотелось протянуть руку и дотронуться до кусочка солнца, что я и сделала.
– Ничего не понимаю, – нахмурился старший Вересков, а затем попросил: – Веля, постарайся, пожалуйста, рассказать нам обо всем, что случилось. Понимаю, что сейчас это сложно, но нам очень надо знать.
Я вздохнула и принялась пересказывать то, что произошло после ухода братьев Вересковых с конкурса. Когда я закончила, Яромир многозначительно посмотрел на Ставра и распорядился:
– Вели слугам, чтобы перенесли девушку из темницы в гостевые комнаты, и забери новое вместилище Димии в отдел.
– А можно котенок останется со мной? – Я подскочила с постели и подбежала к ящику с бельем. – Она такая маленькая и неказистая, жалко ведь. Обидят еще…
– Ставр, выполняй! – не слушая мои лепетания, потребовал Яр.
Я вздохнула, вложила это лысое недоразумение в ладони Глыбы и вернулась, присев на кровать рядом с Яромиром. Ставр вышел и прикрыл за собой дверь.
– Ну и что нам теперь с тобой делать, ведьмочка?
– А что вы обычно делаете с ведьмами, вернувшими силу? – Я посмотрела Яру в глаза и не смогла отвести взгляд. Какой же он все-таки красивый!
– «Обычно» такие не встречаются – ты уникальна.
– Тогда… – Я сделала вид, что задумалась. – Холить, лелеять и любить.
– Хороший план, – хмыкнул князь и погладил меня по щеке. – Главное, чтобы он не изменился, когда ты придешь в себя.
– Я-то от хороших планов не отказываюсь… А вот насчет тебя не уверена. Зачем я тебе такая?
– Красивая, сильная и смелая?
– Проблемная! – Тяжело вздохнув, я упала спиной на постель.
– Решать проблемы – мое любимое занятие. И чем они сложнее, тем интереснее. – Яр наклонился и навис надо мной.
– Ну, раз так, вот тебе первая… – Смутившись, я отвела взгляд. – По ночам ко мне кто-то приходил… И мы с ним занимались отнюдь не магией.
– И кто это был?
– Даже не зна-а-аю…
– Тебя это пугает?
– В свете того, что у вас в «Клевере» в последнее время происходит? Да!
Смущение как ветром сдуло. Я поняла, что реально боялась, что ночной гость мог оказаться не Яромиром. А Яромира, кажется, это ничуть не смущало. Он медленно наклонился и поцеловал меня.
– Хорошо, больше не буду скрываться, – прошептал он прямо в губы.
А я с трудом уловила смысл его слов. Голова снова закружилась, но теперь от сладкого, тягучего поцелуя. Казалось, что от переполнявших чувств на кончиках пальцев заискрит магия. Но по мере того, как меня накрывало понимание, глаза от удивления и возмущения становились похожими на блюдца. Князь только усмехнулся и, не дав мне сказать ни слова, вновь поцеловал. На этот раз страстно и горячо, сжимая так крепко, что перехватывало дыхание.
От такого напора все мое возмущение, как и вопросы, смыло волной возбуждения. Яромир был то нежен до умопомрачения, то обжигающе горяч. Сладкая боль от его укусов заставляла впиваться ногтями в спину, сторицей возвращая ощущения. В какой-то момент мне показалось, что вместо нежнейшего шелка сорочки на мне мешковина – настолько чувствительной стала кожа. Но сорвать одежду Яр не позволил, перехватив мои руки. Раздеть меня он хотел сам.
Раньше наши встречи проходили в полной темноте, и теперь я понимала его желание смотреть… видеть… ласкать не только руками, но и взглядом. Я боялась даже на миг смежить веки. Читать желание в темном омуте его глаз, видеть восторг, восхищение – это было отдельное наслаждение. Когда он встал на колени, расположив ноги по обе стороны от моих бедер, я замерла. Светлый мир… Даже несмотря на цвет волос, он действительно был светлым, сияющим, как солнышко. Его невозможно было не любить.