Эльзара увидела себя, собственное лицо, невероятно спокойное, хотя девушка помнила, как билось, едва не выпрыгивало от страха сердце. И только теперь почувствовала силы снова позвать:
– Арсен!
Темнота, прорезаемая алыми вспышками, бездонная пропасть, обещающая долгое падение. Ужас, поднимающийся в душе, когда живой человек раньше времени осмеливается заглянуть туда, за границу света.
– Арсен!
Слабый зов прозвучал эхом, выдернув Арсена из манящей темной глубины, в которую он стремительно падал. Ему показалось, что некая сила вернула его на поле боя, и слетевшиеся твари продолжают терзать спину, на которой уже не осталось ни единого живого места. Он дернулся и, повернув голову, попытался укусить противника, но вдруг увидел потемневшие глаза молодой ведьмы и растерялся. И, смирившись, снова лег, прижимаясь к полу.
Девушка наклонилась, прохладная пелерина черных Зариных волос накрыла его лицо, и Арсен зажмурился, пытаясь отогнать нестерпимую жгучую боль.
Дыхание ведьмочки щекотало затылок, но было размеренным, спокойным, убаюкивающим, и боль медленно отступала, а под закрытыми веками оборотня всплыло знакомое видение: круглая поляна, усыпанная звездами, и в ночном небе – такие же огни, словно отражения волшебных цветов. А посреди этого уютного мирка – маленький домик. Живой свет в окнах манит, зовет, стелется золотистыми бликами по траве…Руки задрожали, Эльзара упала, едва не задев исполосованную спину оборотня. Она попыталась отползти, но Арсен не отпустил, и девушка, не в силах сопротивляться, замерла, придавленная тяжелой рукой спящего оборотня.
Рано утром, когда ведьма вышла из шатра, шатаясь на ходу, Арсен не проснулся, лишь протестующе застонал, ощутив под рукой пустоту. Но прикосновение ее тела все еще ощущалось кожей, оборотень сгреб одеяло, неосознанно пытаясь сохранить ощущение близости и сладкого умиротворения.
И лишь когда Зара вернулась и склонилась над ним, чтобы прикрыть одеялом, Арсен открыл глаза. И в первый миг, увидев осунувшееся лицо с глубокими фиолетовыми тенями под запавшими, потускневшими глазами, испугался. Но ведьмочка устало и скупо улыбнулась, становясь похожей на саму себя. А потом растянулась поверх расстеленного тулупчика, раскинув руки и ноги, глядя вверх, на слабо мерцающий оранжевый огонек.
– Как ты? – слабый голос вновь заставил Арсена насторожиться, но тут, внезапно, сквозь окутывающий память туман проступили события этой ночи: смазанные картины, отголоски ощущений, и Арсен вдруг понял, что несколько часов назад Эльзара, рискуя собой, вытащила его с того света, не позволив пройти путь между жизнью и смертью до конца.
– Не надо было этого делать, – прошептал он, хотя чувствовал лишь огромную благодарность, какую не передать словами. – Если б я умер, тебя бы отпустили на все четыре стороны.
– Ха! – выдохнула ведьма и, закрыв глаза, попросила: – Помолчи.
