Через некоторое время Арсен слышал только размеренное дыхание спящей, но вскоре тишину потревожил звук мягких шагов. Ведьма беспокойно поморщилась и перевернулась на бок, когда в палатку, отодвинув тяжелый полог, вошел сам глава Совета магов.
– Как себя чувствуешь, Арсен? – вопрос прозвучал фальшиво, да и не слышалось искренней заботы в голосе его светлейшества.
– Вполне сносно, – ответил оборотень. Приподнялся на руках и, к собственному удивлению, смог даже сесть. Только голова кружилась, и благородное лицо Анториана расплывалось перед глазами. Спину пекло, но той адской боли, которую тело еще помнило, больше не было.
– Ты знаешь, что Лиона попала в плен к врагу? – Его светлейшество сразу перешел к делу.
Арсен слабо кивнул.
– Я опасаюсь, как бы Илион, в отместку нам, не сделал ее оборотнем. Потому нужно что-то предпринять, и чем скорее, тем лучше.
Арсен даже не потрудился изображать заинтересованность. Сейчас судьба госпожи Лионы его совершенно не волновала, да и помочь освободить племянницу главы Совета он не мог, по крайней мере, пока полностью не придет в себя, не заживит раны – с помощью Зары или Корвина.
– Нам нужна твоя помощь, Арсен.
– Помощь? – он усмехнулся. – Ты меня видишь, Анториан? Ты хорошо меня видишь? Если сперва ты поможешь мне, то я, быть может, отплачу тем же. Хотя и не представляю, как смогу пробраться в захваченный Илионом форт…
– На вчерашний бой мы потратили слишком много сил, – негромко произнес Высший. – Если я попытаюсь лечить тебя, то через несколько минут сам свалюсь полностью обессиленный.
Лицо мага расплылось неярким пятном цвета, и Арсену едва удалось удержаться и не плюхнуться на матрас.
– Чего ты хочешь, Анториан?
– Если не помощи, то совета. – Чары позволяли Высшему сохранять вполне бодрый вид, иначе он, вероятно, как и оборотень, не вставал бы с постели. – Чем может соблазниться Илион? Что пообещать ему взамен на жизнь и здоровье Лионы?
– Он согласится только на признание собственной власти, – ответил Арсен после недолгого молчания и, проиграв в борьбе с вновь накатившей слабостью, все же лег. – Не меньше…
– Да… – Высший вздохнул, поднимаясь. – Да, я это понимаю. Но моя племянница того не стоит. И никто не решится рисковать ради нее своей жизнью или положением.
Арсен мысленно согласился с ним, закрыв глаза и поддаваясь дремоте. Действительно, среди магов никто не согласится рисковать всем ради другого, тем более ради Лионы – ведь она даже не Высшая. Единственный сумасшедший, который мог на это пойти, – прежний возлюбленный племянницы главы Совета. На остатки прежних чувств и рассчитывал его светлейшество Анториан, однако не учел того, что и человеку, и оборотню может быть очень нелегко простить предательство.
