Я перехватил верёвку, за которую держала корову Марфа. Словоохотливая кухарка ушла, оставив нас наедине. Мирэль явно не торопился спускаться. Корова принюхалась к моему животу, обдувая меня горячим дыханием. Внимательно посмотрела на мои штаны и натурально заорала мне в лицо. Уши слегка заложило. После чего, невзирая на небольшую, на её взгляд, помеху на другом конце веревки, корова пошла к пруду. Я было, хотел её остановить, но скоро понял, что направление-то она выбрала верное и не стал препятствовать. С лестницы неторопливо спускался Мирэль. Корова, тем временем, всё ускорялась. Мы миновали пруд и побежали к веревкам с бельём. За нами нёсся Мирэль. Кое-как вдвоём нам удалось остановить этого рогатого монстра. Клотильда взревела и уставилась на Мирэля. Тот попятился. Так мы и дошли до пруда. Эльф вошёл в воду. Корова за ним. Каким-то неуловимым движением она высунула фиолетовый язык невероятной длины и лизнула эльфа в щёку. Он не догадался увернуться. Я-то знал, что нельзя давать корове себя лизать, если не хочешь остаться без верхнего слоя кожи, а он нет. Корова не лошадь, у нее язык хуже кошачьего. Мирэль взвыл. Корова наступала. Я не мог её удержать. Наконец, хитрое животное решило, что дальше будет слишком глубоко и замерла. Я перебросил верёвку эльфу и пошел за шампунями. Намылить её удалось довольно быстро. А вот смывать с себя шампунь она не дала. И резвой ланью начала бегать вокруг пруда. Клочья пены летели вокруг нас. Внушительное вымя подпрыгивало, словно грозясь вот-вот оторваться. Корова начала задирать хвост. Дурной знак. Значит, сейчас ей будет совсем весело. Повезло, она увидела перед собой эльфа, ускорилась, зажала беднягу у стены дома и с упоением начала нализывать косу несчастного. Я рванул за водой. Пока стоит, хоть ополосну от шампуня. К приходу Марфы корову мы домыли. Остался грязным только хвост. Точнее, кисточка на нём. Эта добрейшая женщина обрадовалась чистой корове и отпустила нас помыться и пообедать на целый час. Сокровище в женском обличии. Корова шла за ней как маленькая комнатная собачонка. Чудеса. Дома быстро приняли душ и пообедали. Начали внимательно осматривать себя. Хозяйка велела остаться в целости и сохранности. Вопрос — зачем? Щека, пострадавшая от языка коровы, у Мирэля уже восстановилась. Хвала эльфийской регенерации. Мои синяки под брюками было не видно. Вот руки пострадали значительно у обоих. Кожа оказалась стёрта, почти сбрита веревкой. Как назло, стоило нам только закончить с подсчётом ссадин, домой вошла Марцелла. Велела есть фрукты. Вот зачем ей это понадобилось, в принципе, и конкретно сейчас, в частности? Предложила эльфу гроздь винограда. Стоит ему лишь протянуть руку, и она увидит прямое нарушение её же приказа — разодранные ладони. Чёрт! Что же делать? Мирэль выкрутился. Правда, как выкрутился. Я не смог отвести взгляда от этого действия. Впрочем, в нашем новом статусе, почему бы и нет? Должно быть, мы упускаем что-то важное в наших новых ролях. А ведьме, похоже, понравилось. Предложила и меня накормить из руки. Ну уж нет! У меня ещё осталась капля достоинства. Успел сцапать яблоко так, чтобы она ничего не заметила. Уф. Кажется, отделались от нее. Из головы не выходят слова Марфы. Неужели это может оказаться правдой? Но как это соотнести со словами Эрхана? Уж явно, он первый приспешник ведьмы, её правая рука. Должен знать правду. Да и не похоже, чтобы он соврал про тот отряд, что загубила ведьма. А с другой стороны, кому как не кухарке знать всё о том, что творится в доме? Да и выглядит она сама вполне довольной жизнью. Хотя, она женщина добрая. Вон, нам дала передохнуть и поесть.
