Она казалась мертвой, но глаза сверкали ярче, чем у живой. Я уже хотел повернуть от греха подальше, но решился еще раз довериться легенде и подлетел к огненному глазу. Я случайно коснулся прозрачного мокрого глаза и весь сжался от страха. Казалось, рыбина вот-вот съест меня, но она и не пошевелилась.
«Мертвая», — решил я, безбоязненно врезав кулаком в глаз.
— У-у-у!!! — взвыл я. — Да он каменный!?
Хоть костяшки сочились кровью, но глаз заинтриговал по-настоящему. Зрачка не было, а все око светилось словно очаг.
«Мертвечина, а светится?!» — недоумевал я.
В водянисто-прозрачном глазе скрывались люди?! Да, да!!! Такого никак не мог понять: как их туда занесло?! От страха и идиотизма происходящего завыл в небеса, а они грохотали и полыхали огненными стрелами, лили дождем. Небеса всегда равнодушны.
Небеса безучастно занимались своим делом, а я своим — выл. Но вот рыбина проснулась, она гремела, словно барабан, а по-иному и не будет урчать брюхо в огромной твари.
«Сейчас непременно съест», — обреченно догадался Антон, но сил спасаться не осталось. Он равнодушно ждал своей участи.
Глава 9
Море сверкало зеркалом, отражая расфокусированный лазерный луч обогревателя. Море кипело, конденсировалось в облака, а они плыли за горизонт.
«Хоть и красиво, но непорядок. Перерасход энергии?» — жадность, как всегда победила красоту, и Ктан уже потянулся к выключателю лазера, как меж облаков открылся остров. Рука задержалась у кнопки, а спустя секунду-другую он вовсе забыл о бережливости.
На острове были следы разумных тварей: квадраты полей, строения, а среди всего этого копошились люди.
«Как они появились?! Впрочем, какая разница как. Главное, будет кому чесать пятки и полировать пластины панциря!»
И это радостное решение настолько Ктана обрадовало, что он, наконец, спокойно уснул.
Спина рыбины распахнулась, и из нее вылетели люди. Только сейчас Антон поверил, что перед ним корабль, а не рыба.
— Ты с острова Шеф-повара? — спросил один из незнакомцев.
Антон кивнул.
— Зачем здесь?
— Меня сослали.
Меня засыпали вопросами, я что-то отвечал, но почти не помню разговора. Я был в шоке. Корабль поразил снаружи, но внутри!!!
Я не находил слов и, даже, образов что бы объяснить, что же было внутри корабля. Как объяснить свет, льющийся из потолков?! Как возникают голоса в пустых коридорах?! Бесконечное количество «как?» и «почему?» — вот что такое корабль.
Ктан проснулся от нестерпимого зуда в пятках. Шевелиться было лень, но терпение иссякло, и он начал скрести копыта, да разве доберешься неуклюжими клешнями до юрких кусачих блох, попрятавшихся в мельчайших трещинках панциря.
«С паразитами должны отлично справляться приматы, ведь у них ловкие пальцы. Этот вид наверно создан эволюцией только для ловли блох, — вспомнил Ктан — Пора их обучить ловле моих блох».
Так, благодаря единственным, но неискоренимым паразитам Ктана, сохранилась жизнь в огромной капле, несшейся меж двух галактик. Люди и один из последних Ктанов впервые переселялись в чужую галактику.
Впрочем, Ктана, как и всякого эгоиста, не волновало величие переселения разума в недосягаемо-далекие миры. Его волновали только блохи, и он приступил к реализации обыденной мечты.
Прожженный эгоист покинул дом-корабль, расправил из-под хитинового панциря крылья и полетел осматривать свои краденые владения.
Шеф-повар добавил в котел мяты. Варево ароматно пузырилось, но чего-то в нем не хватало. Поваренка-неумеху и такое блюдо восхитило бы, но Шеф-повар всегда стремился к совершенству.
«Кориандра или перца не хватает?» — не мог разобраться он и чуть-чуть хлебнул из поварешки.
Шум за стеной храма мешал сосредоточиться, просмаковать ритуальный суп. А когда, нарушая этикет и церковные табу, влетел в храм поваренок и ткнулся носом у алтарного очага, то Шеф-повар окончательно вышел из себя.
— Чего тебе?! — Шеф-повар выплеснул гнев не только в крике, но и огрел поваренка черпаком.
— Там, там… — только и мог ответить несчастный подросток, дрожа всем телом и рефлекторно слизывая с себя, пролившийся из поварешки, суп.
Глава острова-государства понял, что большего от нерадивого не добьешься, и решил сам взглянуть на это страшное «там».
На площади у храма собралась толпа островитян, они глазели в небо.
Шеф-повар тоже поднял голову. В полусотне метров парило неведомое страшилище, а его копыта, рога и клешни могли вызывать если не страх, то опасения. Правда, островитяне не очень-то боялись чудища, они насмехались над ним.
— А еще чего ты хочешь? — смеясь, крикнул в небо кто-то из толпы.
— Чесальщиков пяток, — неслось в ответ. — Мне нужна бригада из трех или четырех человек чесать пятки и чистить панцирь.
Тут уж смех толпы сменился на гнев. А один из охотников на рыбу взмыл к чудищу и метнул в него острое копье из кости. Но оно лишь скользнуло по панцирю Ктана. Вреда копье не причинило, да только Ктан вмиг рассвирепел. Он в секунду настиг охотника и расчленил его клешнями.
— Хряк, хряк, хряк, — смачно кромсали клешни плоть.
