В конце июля один салемский житель обратил внимание, что Бог явил свою милость: за целый год не было зафиксировано ни одного случая черной оспы [8]. Господь, однако, послал им новое испытание. Для этого он, судя по всему, выбрал в качестве карающего ангела благонамеренного андоверского фермера, который отчаянно пытался спасти умирающую жену, за двадцать лет родившую ему десятерых детей. Сначала Джозеф Боллард предъявил претензию своему сорокадевятилетнему родственнику. Не имеет ли он какого-нибудь отношения к необычным «болезненным ощущениям», которые с весны донимают Элизабет? [9] Родственник баловался предсказанием судьбы и черной магией, но помочь не смог. Он ничего об этом не знал. Боллард обратился к властям, которые, вспомнив испанскую практику начала XVI века, посоветовали ему послать лошадь за салемскими провидицами. Почти наверняка здесь не обошлось без племянницы Пэрриса и Мэри Уолкотт. Около постели Элизабет Боллард девочки начали корчиться в конвульсиях. Прямо или косвенно они указали на хрупкую Энн Фостер, андоверскую вдову семидесяти двух лет, ту, что в свое время попала в аварию при полете.
Вскоре констебль доставил Фостер в деревню Салем – на лошади, что гораздо труднее, чем лететь по воздуху. Фостер, соседка Болларда с южной окраины города, была вдовой древнего дружелюбного андоверского фермера. 15 июля ее подвергли первому из нескольких допросов. Начались они сразу после того, как Стаутон приговорил к смерти пять ведьм, а закончились через два дня после казни. Сперва старушка отрицала всякую причастность к колдовству. Но вскоре начала рассказывать суду сказку в духе Титубы [10]. Дьявол явился к ней в виде экзотической птицы. Он обещал ей богатство и дар сглаза. Потом она полгода его не видела, но соседка, Марта Кэрриер, общалась с ней от его имени. Спрашивал ли кто-нибудь Фостер о хворающей Элизабет Боллард, неизвестно.
По указанию Кэрриер она с помощью куколок заколдовала нескольких детей и кабана. Кэрриер сообщила ей о майском дьявольском шабаше и организовала перелет. Всего на лугу, где председательствовал преподобный Берроуз, собралось двадцать пять ведьм и колдунов. Через три дня из салемской тюрьмы от Фостер прилетело дополнение – о забарахлившей в полете палке и аварии. Она упомянула, что на сборище присутствовали и двое других мужчин, а еще она подслушала, как другая ведьма сказала, что всего их триста пять. Нечисть собиралась уничтожить деревню. Стаутон назначил повешение на следующее утро; день выдался суматошным для судей, времени оставалось мало. Джон Хейл спросил, может ли он остаться с подозреваемой подольше. Его интересовало несколько деталей. На чем Фостер летала в Салем? Сколько длился перелет? Где конкретно проходила встреча? Именно Хейл первым услышал про хлеб и сыр в кармане Фостер, об этом ничего нет в судебных документах. Он также узнал, что она ужасно боится – ведь Джордж Берроуз и Марта Кэрриер убьют ее за раскрытие их секретов. Оба они сидели в кандалах тут же, неподалеку. Их призраки ранее являлись с острыми предметами и намеревались ее зарезать (зять Фостер перерезал ножом горло ее дочери. А сама она происходила из общины, которая – в отличие от Салема – подвергалась набегам индейцев). Признание в колдовстве могло спасти вам жизнь, но требовало от вас больших усилий.
И наедине с Хейлом, и перед судьями Фостер демонстрировала полную готовность сотрудничать. Довольно скоро, однако, обнаружилось, что она не была с ними до конца откровенна. Похоже, в аварию, помимо них с Кэрриер, попал еще и третий пассажир, тихо сидевший за спиной Фостер. Об этом 20 июля проболталась сорокалетняя Мэри Лэйси, недавно арестованная в Андовере [11]. Лэйси жила на севере города. При обыске в ее доме нашли связки тряпья и перьев, подозрительно похожие на куколок. Фостер также утаила некоторые детали леденящей кровь церемонии. Дьявол окунал их головы в воду, по шесть раз – это было своего рода крещение; отныне они принадлежали ему. Обряд проходил у ближайшей реки, куда он принес Мэри на руках. 21 июля Энн Фостер в четвертый раз предстала перед магистратами – объяснять, почему она рассказала не все. Здесь открылась сенсационная подробность: Мэри Лэйси, восполнившая недостающие кусочки истории, приходилась ей дочерью.
