Она словно продолжает именно с того места, где остановилась Абигейл; невозможно поверить, что они не встречались. Дважды в ночи Мэри будил странный шум. Это происходило на прошлой неделе, за неделю до того, шестнадцать месяцев тому назад – детали менялись по ходу дела. Первый раз дьявол явился в виде коня, второй – в виде «круглой серой штуковины». А он приходил, когда ты убегала из дома? – спросили магистраты, желая соединить воедино сверхъестественные преступления и подростковые проделки. «Нет, – ответила Мэри, – но он внушал мне мысли не слушаться моих родителей». Он приказал ей навести порчу кое на кого, в том числе на Элизабет Боллард (наконец-то прозвучало это имя). Мэри творила чары с помощью куколок. В свой рассказ она включила мать и бабушку, Марту Кэрриер и подростка Ричарда, сына Марты. Как именно она поклонялась Сатане? «Он велел молиться ему и служить и говорил, что он мой бог и господин», – ответила молодая Лэйси. Сделка становилась все более привлекательной: согласись она – и не будет ни в чем нуждаться. Мэри назвала еще одного сына Кэрриер и добавила кое-что интересное. «Требует ли от тебя дьявол чего-то, кроме как причинять людям страдания?» – спросил магистрат. Конечно! Ведьмам надлежало активно вербовать себе пособников. Плюс они должны были отрекаться от своих церковных ритуалов – такая перспектива подрывала самый фундамент Новой Англии.
Мэри Лэйси – младшая открыла, как человек может весь день сажать пшеницу и одновременно общаться с дьяволом и почему соседи не замечают его кульбитов. «Иногда мы оставляем свои тела дома, а иногда перемещаемся вместе с телами, – объясняла она, – и дьявол пускает людям туман в глаза и не дает им нас увидеть». К тому же она осветила более важный вопрос. «Может ли дьявол вредить, вселившись в любого человека без его согласия?» – спросили судьи, видимо, надеясь, что подросток сейчас разрешит их нерешаемую правовую проблему. «Когда кто-то ударит призрака или духа мечом или дубинкой, возникнет ли рана на теле его хозяина?» Лэйси подтвердила: да, возникнет. У ее матери и бабушки имелись подобные повреждения. Признание дало немедленный результат: сверившись с показаниями призрака, Мэри Уоррен подошла к Лэйси и взяла ее за руку. На этот раз у горничной Проктера не возникло ни тени неприятных ощущений.
Только тогда Мэри Лэйси – старшую вернули в зал. Словно придумав удачную подпись к потрясающей картинке, один из судей провозгласил: «Вот несчастное дитя, никудышная мать и бабка». Большего и не требовалось, чтобы спровоцировать эмоциональный взрыв. «О, мама! Почему ты снова и снова отдавала меня дьяволу?» – вопрошала девушка, и слезы катились по ее щекам. Мэри Лэйси – старшая извинилась. Дочь поквиталась с ней: мать так часто призывала дьявола ее забрать, что это желание исполнилось! «О, мое сердце сейчас разорвется. О, моя мать отдала меня дьяволу», – всхлипывала она. Девушка молила Бога сорвать маски со всех ведьм. В зал вернули ее бабушку. В деревенской молельне перед Хиггинсоном, Гедни, Хэторном и Корвином стояли три поколения ворожей. Самая молодая продолжала: «О, бабушка! Почему ты отдала меня дьяволу? Зачем склонила меня ко тьме? И нет, бабушка, не отрицай. Ты в свое время была очень плохой женщиной».
Тут либо к делу подключился новый следователь, либо Фостер сдалась под натиском своей внучки. Суд теперь обращался к ней не иначе как «старая женщина». Подросток, указали ей, и тот демонстрирует раскаяние. Эту душу еще можно вырвать из лап дьявола; бабку же ждет всепожирающий огонь и вечные муки. Самое время рассказать всю правду. С помощью внучки Фостер выложила немного дополнительных сведений. Она ведьма уже шесть лет (девушка тут же поправила: семь лет. Старуха признала, что «не знает, но, наверное, это так»). Судьи зачитали старшим женщинам признание младшей. Они подтвердили, что вместе путешествовали на шабаш [12] и подписали дьявольскую книжку красными чернилами, а колдовали с помощью куколок. Кэрриер хвасталась перед Мэри-старшей, что дьявол сделает ее царицей ада. Дочь Фостер подтвердила происшествие в воздухе. В общем, все трое отправились в тюрьму, а в Андовер полетели новые ордера на арест.
