Как и раньше, он опустил голову, чтобы Урсула могла погладить его и шепнуть что-то на ухо. Морвен, потрясенная услышанным этим вечером, обняла коня за шею, закрыла глаза и почувствовала его дыхание на своих волосах. Открыв глаза, она увидела, что бабушка, стоя чуть в стороне, любуется ими.
– Ты обладаешь даром большой силы, – сказала Урсула. – Я очень рада, ведь так бывает не всегда.
Морвен повернулась к Иниру спиной, прислонившись к его теплому телу.
– Я не знаю, что и сказать…
– Естественно, что не знаешь, дорогая. – Урсула скрестила руки под накидкой. – Уверена, ты не общаешься с работниками.
– Это не так. Я все время разговариваю с Яго.
Седые брови Урсулы поднялись.
– Яго? Кто это такой?
– Мой самый любимый человек в мире. Наш объездчик лошадей. Думаю, он не совсем работник. Он позволяет мне убирать в хлеву и причесывать Инира, и… – Морвен пожала плечами.
– Ага, – улыбнулась Урсула. – Значит, есть в тебе что-то от меня.
Леди Ирэн сжала кулаки, глаза ее сузились.
– Не слушай ее, Морвен!
Урсула ответила, даже не взглянув на нее:
– Я не сказала ничего такого, Ирэн, только правду.
– Ты знаешь, что я не могу переступить через себя.
– Переступить через себя?
– Ты сама рассказывала, что я родилась самолюбивой, потому что меня зачали в корысти.
–
Леди Ирэн скривила губы:
– Морвен, идем домой, уже поздно.
– Мы не можем оставить бабушку здесь, маман! Ей нужно пойти с нами в Морган-холл. У нас предостаточно места.
Терпение леди Ирэн явно закончилось.
– В Морган-холл? Да ни за что! Это невозможно! – закричала она.
– Но почему?
– Ты только подумай, Морвен… Твой отец… и прислуга…
Урсула повернулась к Морвен:
– Моя дорогая, могу дать голову на отсечение, что лорд Ллевелин толком не осознает, на ком женился. Это было крайне необходимо для плана Ирэн.
– Для какого плана?
Морвен спрашивала Урсулу, хотя мать стояла рядом.
– Убежать от меня и от жизни, полной трудов и забот. Воспользоваться своим милым личиком, удачно выйти замуж, жить в роскошном доме. Быть леди.
– Но папá…
Слезы смущения и шока затуманили взор Морвен, и она отвернулась, чтобы уткнуться лбом в шелковистую шерсть Инира. Почувствовав на плече крепкую теплую руку, она сразу поняла, что это не мать. Она принадлежала Урсуле, ее бабушке. Это было ободряющее прикосновение.
Урсула, живущая в нищете в заброшенном замке, старалась ее утешить. А вот мать…
– Идем, Морвен, – распорядилась леди Ирэн голосом, который напоминал скрежет камня о камень. – Мы опоздаем.
Морвен повернулась и решительно посмотрела на мать.
– Я никуда не пойду, – заявила она.
– Еще как пойдешь. И сию же минуту!
– Нет! Я останусь здесь, с бабушкой!
Губы леди Ирэн дрогнули в надменной улыбке.
– Да? Хочешь спать на соломе? Есть похлебку на завтрак, на обед и на ужин? Изо дня в день носить одну и ту же одежду?
– Да мне решительно все равно!
– Очень скоро ты об этом пожалеешь.
– Морвен, – вмешалась Урсула, – ступай с матерью. Хоть в этом она права. Тебе здесь не место.
– Я не оставлю тебя одну! – воскликнула Морвен, с удивлением ощутив невероятную привязанность к старухе, которую видела второй раз в жизни.
– Благодарю тебя, дорогая, но я не знаю, как себя вести в вашем великолепном доме, – ответила Урсула. – Я чувствую себя счастливой среди животных.
– Но я хочу быть с тобой! – не сдавалась Морвен, возмущенная жестокостью матери.
– Возвращайся завтра, – негромко сказала Урсула и погладила руку Морвен своей заскорузлой рукой. Это касание было нежнее мягких рук леди Ирэн. – Я буду здесь. Я буду ждать тебя.
– Она больше не придет! – отрезала леди Ирэн и, выпрямившись, сбежала с крыльца.
Морвен подвела Инира к развалине стены и села верхом, держась за узду.
– Я приду, бабушка, клянусь тебе!
– Она попытается остановить тебя.
Урсула вздохнула и сгорбилась, словно растратив остатки своей энергии.
– Она не сможет!
Урсула устало улыбнулась и подняла руку на прощание. Морвен помахала в ответ.
– Как бы я хотела остаться! – сказала она, но Урсула только покачала головой.
– Здесь нет постели для тебя. Отправляйся домой и хорошенько выспись.
Инир устремился к реке, в искрящемся от звезд течении которой отражалась стройная фигура леди Ирэн. Морвен повернулась в седле, чтобы в последний раз посмотреть на Урсулу, но та уже скрылась во мраке.
Это было неважно. Она все равно вернется сюда завтра, что бы там ни говорила мать.
Урсула была права. Леди Ирэн не собиралась разрешать дочери возвращаться к руинам замка. После бесконечного ужина, в течение которого был слышен только стук приборов и звон посуды, леди Ирэн, оставив лорда Ллевелина наедине с трубкой и стаканом портвейна, распорядилась:
– Морвен, зайди ко мне в будуар. Сейчас же, не переодеваясь.
Девушка чуть было не поддалась соблазну отказаться, но передумала. Возможно, проявив терпение, она смогла бы уговорить мать помочь Урсуле. Может, удалось бы найти для нее дом или место в хозяйстве одного из арендаторов.
Поэтому Морвен кивнула и последовала за матерью вверх по лестнице.
