У изножья лестницы была простая старая дверь со щеколдой и без окна. Свет пробивался по краям, где стена осунулась, отчего дверь висела неровно. Морвен подняла щеколду и выглянула.
Косые лучи закатного солнца ослепили ее, затуманив глаза слезами. Сад был по правую сторону, а конюшня – позади. По левую сторону лениво поблескивала река. Морвен вышла, увернувшись от раскинувшихся ветвей дикого майорана, а когда оглянулась, то увидела, что дверь стала не видна.
Она поспешила в конюшню через сад, не желая столкнуться с мадемуазель Жирар или, что было куда хуже, с матерью. Ноги сами несли ее туда, где ей всегда были рады.
Еще за сотню ярдов Морвен услышала призывное ржание Инира и ускорила шаг, крепко зажав шар под мышкой.
Яго вышел ей навстречу, держа в одной руке сбрую, а в другой – шило. Он редко когда ходил с пустыми руками и, как Морвен подозревала, проводил вечера за починкой сбруи или прохудившихся кормовых мешков.
– Вы куда-то спешите, – заметил он.
Морвен перешла на шаг.
– Мне нужно вернуться, чтобы переодеться к ужину, – ответила она.
– Нет времени, чтобы покататься? Вон тому коню это не понравится.
Его глаза, такие же темные, как у Морвен, прищурившись, смотрели на нее. Она была высокой, но Яго все равно был на голову выше, и ноги его были длиннее.
– Наверное, я прокачусь к реке.
– Подать седло?
Она засмеялась, проходя в прохладный полумрак конюшни. Это была их постоянная шутка: он предлагал седло, а она отказывалась. Ей не нужны были поводья и уздечка, но они были в наличии, чтобы не вызывать лишних вопросов любопытных.
Инир ожидал, опустив голову через дверь приоткрытого стойла. Морвен откинула щеколду, и он вышел, осторожно ступая. Она сняла со стены его уздечку, надела ее и встала на подставку.
– Что это? Может, подержать? – спросил Яго, указывая на сверток.
– Нет, спасибо, – ответила она ему. – Это что-то вроде секрета.
– Как угодно, мисс Морвен, – произнес он торжественно.
Она показала ему язык и уехала в надвигающемся сумраке. Яго только рассмеялся в ответ.
У Ривер-То было место, где Морвен могла, укрывшись от мадемуазель Жирар, коротать полуденные часы. Это был уютный уголок, беседка, укрытая тремя плакучими ивами, которые были настолько старыми, что уходили корнями в воды реки. Ветви с золотистыми листьями склонялись до земли, как спицы сломанного зонта. Инир довез Морвен туда не более чем за четверть часа. Там девушка спешилась и, нагнувшись, прошла под свисающими ветками, оставив коня пастись в тени.
Она опустилась на колени на влажную землю между наклонившимися стволами деревьев и развернула хрустальный шар.
В тени желтых ветвей старый камень засиял, как закатное солнце, золотисто-бронзовым, ржавым оттенком. Морвен было достаточно того, что она просто всматривалась в шар, уже это облегчало болезненное ощущение в груди. Он удивительным образом притягивал ее к себе. Морвен погладила шар. Обычно от камня веет холодом, но сейчас рукам было странно тепло. Казалось, шар вот-вот оживет от ее прикосновений.
И он действительно подавал проблески жизни!
Морвен охнула от изумления. Леди Ирэн рассказывала, что обладает даром, что доказательство собственной силы поражало ее. Могло ли такое быть на самом деле? Морвен все еще не верилось, что ее мать была ведьмой, но…
Она не успела перевести дух, как в шаре возникла фигура.
Это была старуха из замка Бопри. Морвен видела ее морщинистое лицо, ореол серебристых волос, темные горящие глаза. Вот ее губы зашевелились, и она подняла заскорузлую руку.
Морвен не могла расслышать слов, но одно эхом отдалось в ее голове, как удар гонга:
–
Изображение пропало так же быстро, как и появилось. Дрожащими руками Морвен завернула шар в ткань, как будто это могло помочь выбросить из памяти увиденное и не слышать призыва, который продолжал звучать в ее голове.
От этого не было никакого толку. Морвен не могла повернуть время вспять, чтобы уклониться от созерцания старухи, как не могла забыть обращенных к ней слов. Желание покориться было слишком сильным. Морвен даже решила не относить шар снова в замок, просто завернула его получше и осторожно положила между торчащими из земли корнями дерева. Вынырнув из-под ивовых ветвей, Морвен увидела Инира у валуна, с которого ей было удобнее садиться. Голова коня была поднята, уши настороженно торчали.
– Ты тоже это слышал, – вздохнула Морвен.
Он тихонько фыркнул и покачал головой.
– Ладно, давай поедем. Но я не понимаю, что все это означает.
Инир топтался на месте, что было признаком нетерпения, и рванул с места, как только Морвен села верхом. Она едва успела ухватиться за недоуздок.
Она опоздает к ужину. Отец будет раздражен, мать разозлится, Яго станет волноваться, что хуже всего… Но ничего не поделаешь. Иниру, как и ей, было прекрасно известно, что ехать необходимо.
Она схватилась руками за гриву коня и уперлась ногами в его бока. Почувствовав, что хозяйка в безопасности, Инир припустил рысью вверх по тропинке у реки. Казалось, он появился у разрушенного замка на вершине холма через мгновение.
