— Настя… Пожалуйста…
И она вдруг поняла, что задела его, что ему эта встреча нужна и важна, что просить ему неприятно и даже больно, и что Грааль прав — наверняка Хор уже что-то знает или догадывается…
— Извини меня, — попросила она. — Конечно, можно. Как прибудем — сразу туда пойдем, а потом уже… Все остальное. Только удостоверение возьми: там территория вся еще разбита, ее охраняют. Меня уже знают, а других не пускают.
— Хорошо. Спасибо, — на этот раз ей не показалось, она точно знала: Влад произнес это с облегчением, успокоенный.
Она закончила разговор со смешанными чувствами: было и стыдно за попытку выпендриться перед Владом и вытянуть из него хотя бы намек на то, по какому поводу он решил вдруг пообщаться с Граалем, и в то же время внутри пульсировали восторг, смущение, волнение и предвкушение перед обещанной ночевкой. Настя села на кровать, бессмысленно пялясь в стену напротив с глупой улыбкой, временами вздыхая и охая, потом пробормотала:
— Ну… Я не знаю…
И вздрогнула от нового звонка.
Глянула на экран. Номер был незнаком.
С одной стороны, это вполне мог быть Корбут, и тогда трубку надо взять обязательно, с другой — портить себе настроение беседой с ним не хотелось. С третьей… Жизнь уже приучила ее, что звонки с незнакомых номеров могут быть очень важными. Самыми важными на ближайшее время.
— Алло? Анастасия? Здравствуй.
Настя ответила не сразу — голос, в отличие от номера, оказался очень знакомым, но вот услышать его хотя бы еще раз в жизни она не ожидала совсем. Хотя немного надеялась.
Интересно, что делают с бывшими начальниками отдела специальных энергоинформационных операций, не оправдавшими доверия? Похоже, прямо сейчас ей и предстоит это узнать…
— Здравствуйте, Александр Васильевич… — растерянно протянула она.
— Привет, — спокойно произнес Звонков, будто ничего не случилось. — Как дела? Я в Москве ненадолго, на праздники дочку навестить прилетел. Вот, решил позвонить.
Настя попыталась придумать, что сказать, и вдруг поймала себя на мысли, что даже не представляла себе Звонкова семейным человеком. Сотрудник Ведомства, начальник, маг, член Конгресса… Но никак не муж и отец! Слишком сухой и сконцентрированный на службе. Хотя… Ему это не помогло.
— А… А вы где сейчас? — выдавила она.
Тот усмехнулся:
— Физически в данный момент — на Преображенской площади. А так — на Дальнем Востоке. Возглавляю территориальный отдел.
— Ясно, — пробормотала Настя. — А я вот учусь… Еще тренируюсь… Ну вот так…
Что еще сказать опальному бывшему начальнику, она не знала. Впрочем, инициатива была явно у него:
— Как Влад… Владислáв Сигизмундович? Как у вас дела?
— Ничего… Нормально… Вот, сейчас как раз разговаривала с ним…
— Ну, что приветы мне не передает — не сомневаюсь, — снова усмехнулся Звонков.
Настя возмутилась несправедливостью: ведь Влад же не знал, что тот приехал, что за обвинения! Может, и хотел бы передать… Но бывший начальник продолжил, и продолжил неожиданно:
— Я очень перед ними виноват. Они все вправе быть разочарованными во мне, даже обиженными. Знаешь, как говорят — я совершил не преступление. Это было гораздо хуже. Это была ошибка. И это правда, увы.
Он вздохнул. Настя молчала. Потом все-таки осмелилась спросить:
— Извините, Александр Васильевич. Но зачем вы мне позвонили и говорите это?
— Потому что ты смелая, — ответил тот. — И не зажата стереотипами.
— Я ведь не видела того, что было между вами, — осторожно сказала Настя. — Я имею в виду, в отделе перед… Перед тем, как…
— Перед тем, как стало ясно, что я провалил операцию, своими действиями угробил много людей и почти сорвал оборону, ты хочешь сказать? — прервал ее Звонков. — А разве это имеет значение — видела, не видела? Сейчас, когда все ясно?
Настя молчала.
— Не буду томить, Анастасия. Мне очень надо с тобой встретиться. Точнее, с кем-нибудь из отдела, но они… откажутся встречаться, сама понимаешь.
— Поэтому вы позвонили мне?
— Настя. То, что я должен сказать, никому не принесет вреда. Это точно. И чем быстрее я передам это, тем лучше.
— Я свободна только одиннадцатого, — быстро сказала Настя.
Это было и правдой, и… Он ведь сказал, что приехал на праздники? Так может, не дождется, уедет раньше? «Мне уж точно будет проще…» — пронеслось в голове.
— Одиннадцатого? Хорошо, я задержусь. Буду очень ждать, Анастасия. Разреши позвонить десятого… Ну, скажем, в это же время — договоримся, где встретиться.
Положив трубку, Настя вопросительно уставилась на стену: что такого важного хочет ей сказать бывший начальник отдела, что ради этого решил задержаться? Да, понятно, что он в опале, и что служба в каком-то территориальном отделе — это так, ни уму, ни карьере после такой должности… Но это все-таки служба, и чтобы задержаться хотя бы на день, Звонкову придется идти на серьезные ухищрения, может быть, даже писать объяснительные, что в его положении, и без того аховом, сложно вдвойне.
Стена не отвечала, как и после звонка Влада.
«Блин, я точно лопну от волнения и любопытства за это время! — пронеслось в голове. — Ох, мамочки!..»
