Король несколько мгновений просто смотрел на нее, словно заново изучая ее знакомые черты, любимые глаза, изгиб бровей, тревожно сжатые губы. Потом склонился ближе и прошептал в ее ухо:
— Спасибо, Илли.
Голос его был уже совсем другим: мягким, и искренним, и, казалось, почти бестревожным.
Иллиандра не посмела теперь ослушаться его — даже не просьбы — мольбы оставаться в стороне от дел Тайной Гвардии. Она ощущала угрызения совести уже за то, что позволяла себе даже размышлять об этом. Но сидеть сложа руки она тоже не могла. И, к ее радости, у нее был вполне безопасный способ попытаться выяснить что-то о планах их главного противника.
— Как давно ты видела Терлизана, Ди?
Диадра с деланым безразличием отвела взгляд в сторону.
— Не помню. Кажется, на той прогулке на прошлой неделе.
Это было правдой, но звучало отчего-то неубедительно. Может быть, оттого, что думала о нем Диадра куда как чаще?.. Впрочем, она тут же раздраженно отмахнулась от нежеланного мысленного признания.
Иллиандра чуть нахмурилась.
— В самом деле? Мне казалось, ты говорила, будто Вы общаетесь.
Диадра удивленно подняла глаза на подругу.
— Общаемся — не совсем правильное слово. Скорее, у нас было общее дело. Теперь оно закончилось, и нам незачем больше встречаться.
К своей досаде, Диадра осознала, что и эти слова отражали лишь неизбежную истину. Разве что признавать ее не хотелось еще сильнее.
— Что ж, жаль, — расстроенно опустила голову Иллиандра. — Я надеялась, что ты поможешь мне найти его. Я очень хотела бы задать ему пару вопросов.
Диадра настороженно посмотрела на подругу. Задушевные беседы Илли и Терлизана отчего-то не казались ей хорошей идеей: в ее понимании чем дальше сестра была от кружившего вокруг нее хищника, тем лучше. Но она слишком хорошо знала Иллиандру. И если этот ее шаг не увенчается успехом, Илли непременно найдет другой, совсем не обязательно безопасный путь.
— Я могу позвать его, — неуверенно предложила Диадра, и лицо Иллиандры озарилось надеждой.
— Правда?.. Пожалуйста, сделай это для меня, Ди.
Диадра вздохнула и послала мысленный зов Терлизану. Потом, неуверенно, еще один. И еще. Терлизан появился лишь спустя минуту.
— Твой зов просто невыносим, Диадра. С сегодняшнего дня я восстанавливаю свой запрет… — он осекся, заметив Иллиандру, и тотчас поднял брови и соблазнительно улыбнулся: — О, принцесса. Простите, не знал, что Вы тоже здесь.
— Мне нужно поговорить с тобой, Терлизан.
— Что ж, — он скрестил руки на груди. — Я весь твой, Илли.
Диадра настороженно наблюдала за ними. С Иллиандрой Терлизан был во всем своем облике еще более циничен и насмешлив, чем с ней самой, но Илли, казалось, была способна куда лучше игнорировать это.
— Будь так добр, объясни, какого демона ты украл у нас пленника.
Терлизан ухмыльнулся.
— Почему ты думаешь, что это был я?
— У Реноса не было друзей среди магов. К тому же, всего час назад я была в его камере. Там до сих пор ощутимо пахнет Тенью. Ты нарочно наследил там, как неуклюжий медведь?
Терлизан расхохотался.
— Что ж, наверное, я немного перестарался, — внезапно подмигнул он ей.
— Чего ты пытаешься добиться?..
— Пытаюсь понять, когда ты наконец дойдешь до точки кипения, чтобы предложить тебе взаимовыгодную сделку.
— Я готова выслушать предложение.
— О, нет, — соблазнительно улыбнулся Терлизан. — Еще не готова.
Иллиандра раздраженно выдохнула.
— Дай угадаю. Ты хочешь использовать Реноса, чтобы поставить под угрозу безопасность всего нашего королевства, надеясь, что я продам тебе свою душу за Лиодас?..
Терлизан повел бровью.
— Ты ведь любишь Плоидиса. Подумай, чего он хочет. Подумай, готов ли он пожертвовать целой страной ради тебя.
Иллиандра печально отвела глаза.
— Боюсь, что он уже делает это.
— И он счастлив?..
Иллиандра резко взглянула на Терлизана.
— Мерзавец. Но не надейся: ты все равно не добьешься своего. Я не отдам тебе ни Лиодас, ни свою душу.
Терлизан улыбнулся, потом неожиданно шагнул к ней и провел пальцами по ее щеке.
— Вот это мы еще увидим.
Иллиандра резким движением сбросила его руку.
— Увидим.
И, развернувшись, твердыми шагами вышла из комнаты.
Диадра, за все это время не промолвившая ни слова, стояла в тени тяжелых портьер и, проводив Иллиандру взглядом, сжала губы и резко отвернулась к окну. Она не сомневалась, что Терлизан исчезнет вслед за Илли, и потому, уже полагая себя в одиночестве, в отчаянии ударила ладонью по стеклу, уперлась в него лбом и закрыла глаза.
Мерзавец… он вел себя, как последний мерзавец, и это так не вязалось с ее мыслями о нем, с тем, каким она невольно представляла его себе после той ночи. Она знала, что лжет сама себе, но ничего не могла с этим поделать: ей хотелось верить, что его ласки, его мягкий шепот — все это было искренним, настоящим. И она отгораживалась от реальности, от того, кем он был и что делал, позволяя себе все глубже окунаться в опасные иллюзии. До этого мгновения, когда она вновь была вынуждена увидеть его истинную, гнилую и неприглядную сущность.
— Что с тобой, Диадра? — Терлизан коснулся ее плеча, и она резко обернулась, одним жестом сбрасывая его руку и отталкивая от себя.
