— Ну, вперед…
— Ну и куда мне идти? — нахмурился я, стоя посреди леса.
Когда вошел под кроны деревьев, то думал, что быстро найду путь, но вот уже второй час блуждаю и никак не выберусь. Даже компас вроде работает и показывает в то же направление, что и мои знания, кругами тоже не хожу, но все иду и иду, а лес не кончается.
Я все же опытный следопыт, обучение проходил и знаю как вести себя, но что-то явно делаю не так.
— Ну, это все же не привычные мне леса, так что слегка заблудиться дело обычное, — пожимаю плечами.
Однако легче от такого не становится.
Хорошо хоть погода отличная, а местные обитатели меня не беспокоят, ну и сам я от них держусь подальше. Все же леса Пандарии место новое для меня, животные тут своеобразные, особенно хищников немало, но пока мне удается оставаться для них незамеченным. Благо опыта достаточно, а то с моей «удачей» я тут целый зверинец за собой организую из желающих меня сожрать.
Над головой поют птицы, где-то вдали рыскают всякие мелкие зверьки, а ветер колышет листья в кронах деревьев. Жарковато немного, но привыкнуть можно. Мне и в более жарких местах бывать приходилось.
— Ладно, — сказал я, присаживаясь на ближайший камень. — Что там по маршруту?
Достаю карту и смотрю.
Меня высадили на северо-востоке Нефритового леса, тут недалеко должна быть деревня, где-то в часе пути, но прошло уже два, а конца и края лесу так и не видать.
— Со временем, все же, налажал, — нахмурился я.
Солнце — не самый надежный ориентир, сильно зависящий от времен дня и года, да и от места нередко тоже. Нет, я знал людей, что способны по нему хоть корабль через море вести, но сам никогда таким не был. Есть компас, есть магия, зачем?
А сейчас вдруг подвели оба.
Компас у меня, кстати, довольно обычный, очень старый, но надежный, как я думал…
— Подарок от друга… — вздохнул я.
Не то, чтобы я был таким сентиментальным и хранил его все эти годы. Просто штука хорошая, качественная и не испортилась за столько лет. Давно бы купил себе новый, да смысла как-то не видел. А вот сейчас это последнее, что у меня осталось от друга.
Два года прошло, а оно все еще гложет и порой снится.
Я не стал бояться штормов или моря, но теперь не знаю, как буду странствовать.
— Больше с друзьями не поплыву, — сказал я. — Не хочу больше такое видеть.
Печальные мысли сами собой залезли в голову, но я быстро отогнал их. Сейчас на грусть нет времени.
Тянусь к сумке, чтобы убрать компас в нее, но свою поклажу не нахожу.
— А? — удивился я.
Поднимаю голову и вижу… хозена… полуразумная волосатая обезьяна с коричневой шерстью и довольно глупой рожей посмотрела на меня, затем ухмыльнулась и тут же рванула с моей сумкой в руках.
— Стой! — закричал я и понесся следом.
Ускоряюсь и пытаюсь поймать ублюдка, но тот ловко извернулся и запрыгнул за ближайшее дерево, оттянул ветку и отпустил.
— Пфу! — выплюнул я листья, когда ветка ударила мне по лицу. — Верни сумку!
— Ух-уху, не догнать! Глупай! Глупай! — хохотал он, убегая от меня.
Перепрыгиваю через поваленное дерево, а затем отталкиваюсь от камня, чтобы ускориться и настигнуть убегающую цель.
— Ух-ух! Не догнать! Глупай! — хохотал примат.
— Урод!
Хозены — это местные примитивные обезьяны. Они вроде как разумные, но вместо того, чтобы нормально сосуществовать с окружающими жителями занимаются в основном вредительством. Воруют вещи, ломают все, мешают и прочее, ничего смертельного или за что их надо было убивать, хотя это от племени зависит, но на нервы действуют солидно. Выглядят как типичная макака, только больше. И вот сейчас я сам нарвался на одного такого.
Магическая стрела!
Снаряд срывается с указательного пальца и устремляется к цели, но попадает в дерево.
— В таком окружение не попасть, — заскрежетал я зубами.
Несколько попыток выстрелить ничего не дали, да и лучше все же зря магическую энергию не тратить. Как её восстанавливать я еще не нашел способа.
Бегу за удирающей макакой и лавирую между деревьями. Волосатый уродец еще и мешает мне, оттягивая ветки и кидаясь камнями.
— Глупай! Глупай! Не догнать! Не догнать! — хохотал ублюдок прыгая с камня на камень.
Мы вскоре вышли к реке, где мешающих мне объектов стало куда меньше.
Сконцентрировавшись, я направил руку в хозена.
Нефритовая молния!
Зеленая вспышка ударила вперед и обрушилась на камень отколов от него маленький кусочек.
— Мазила! Мазила! Ух-ух! Твоя не попасть!
С каждой секундой данная клоунада раздражала меня все больше.
Он начал скакать по камням, закинул мою сумку себе за спину и кидался комками дерьма и грязи.
— Урод! Это теперь трудно отстирать будет! — злился я, когда моя рубашка пропиталась этой мерзкой жижей.
