Застыв от ужаса, Урсула слушала рассуждения Личвардов, по-хозяйски распоряжавшихся имуществом Дагдара. Защемило сердце от боли и негодования. Недавняя потеря старика Харви напомнила о себе новой волной острого горя. Муж — чужой и суровый человек со светлым юным лицом. Как странно и противоречиво! Для всего мира они супруги, но никто друг другу, а Уле захотелось завыть от мысли, что его больше нет. И никогда ей не коснуться выбившихся прядей на затылке, не вдохнуть запаха молодого леса, не узнать вкуса его поцелуев.
Точно в бреду, она провела рукой по лицу, на ладонях осталась влага. Кажется, Ула плакала, не замечая слёз.
«Нельзя, девочка. Соберись и будь сильной». Мудрый голос Харви тихо нашёптывал в сознании, утешал и поддерживал. Когда-то он так много дал ей, чтобы она выдержала.
«Дерись. Не жалей. Тебя никто не пожалеет». Прямой и верный Карвелл не оставил воспитанницу в беде, напомнил о себе. Она с теплом и благодарностью мысленно коснулась второго наставника.
— Благодарю за добрые слова и завтрак. — Решительно поднявшись, Урсула улыбнулась Личвардам — вышел оскал загнанного зверя.
— Не желаете позаниматься на арене? — Фин разглядывал её, откровенно, заинтересованно, цепляя тягучим взглядом, терзая, как он делал всегда, наслаждался каждым мгновеньем растерянности, страха и страдания.
— Не сегодня, Финиам. — Она пыталась казаться беспечной. Плотный и тяжёлый комок застрял в горле, пришлось откашляться. — Немного приболела. В замке сыро. Возможно, завтра.
«К Эилису! Он поймёт и подскажет». Она неторопливо вышла в коридор, размеренно прошла до лестницы и только тогда побежала.
Повороты среди каменных стен мелькали серыми пятнами с оранжевыми мазками масляных ламп. Она бежала, пока не различила картину в осенних красках умирающего леса. Заколотила в дверь, не думая о шуме и приличиях.
— Леди Урсула?
Она выдохнула с облегчением, чуть ли не упала ему на руки: Эилис был на месте. Лекарь завёл её в кабинет, усадил в кресло и сунул в руки флакончик с настоем.
— Пейте! — велел Кодвиг. — Пейте и рассказывайте.
Горечь лекарства прояснила голову. Ула смогла кратко изложить последние события и свои тревожные мысли.
— Мы ничего не знаем, девочка. — Эилис наклонился, успокаивающе погладил по плечам, отчего стало тепло и не так страшно — или это лекарство подействовало. — Дар рано утром уехал в ближайшее поселение с несколькими стражниками. Вряд ли стража в сговоре с советником. Они оболванены и не замечают очевидного, но не предатели — исполнительные служаки.
— Почему он не взял меня⁈ — Ула встрепенулась, вспомнив уговор с мужем. — Обманул? Передумал?
— Мелкое дело, насколько я знаю. На следующей неделе вы вместе посетите земли. Много переселенцев из-за умирающего леса и серой заразы. Все ждут поддержки и решений лорда.
— Лес, мёртвая земля… — Её плечи опустились, точно под тяжестью. — Из-за проклятия?
— Живой дух лесного народа хранил землю. — Эилис не стал уходить в привычные дебри иносказаний. — Долгие годы среди нас нет сосредоточия силы. Мы все мертвы и прокляты, как и Ведьзмарский лес.
— Ритуал не завершён.
— Проклятие и ритуал — часть зла. В лесу происходит нечто неправильное. И я боюсь, что… — Эилис замер, прислушиваясь.
Возле двери послышались голоса и топот ног. Негромко гавкал пёс. Лекарь открыл сам. Вскрикнув, Урсула кинулась к тем, кто появился на пороге, но остановилась на полпути, сдержав первый порыв.
Карвелл, подставив плечо, тянул за собой Дагдара. Верхнего камзола на лорде не было, а рубаха была в грязи и бурых пятнах. Бледное лицо Скоггарда оставалось отрешённым и сосредоточенным. Одной рукой он держался за Карвелла, а другую прижимал к животу. Следом проскользнул Фолганд, долго кружил по комнате, обнюхивая мебель. В коридоре толклись стражники из внутренних покоев.
— Отправляйтесь на свои места, — низким и хриплым голосом приказал им Дагдар. — Эилис!
Он увидел жену и выразительно посмотрел на лекаря. Кодвиг мягко обнял Улу за плечи и повёл к выходу.
— Вам придётся выйти, госпожа. Пока я не обработаю раны и не сделаю перевязку. — Эилис уговаривал её, как маленького ребёнка, ласково, но настойчиво выставлял в коридор.
Ула постоянно оборачивалась, хотела увидеть Дагдара, понять, что с ним, насколько тяжелы ранения. Бескровное лицо и медленные движения мужа пугали её. На него всё-таки напали. Об этой неожиданности для лорда говорил Личвард? И Карвелл… Каким чудом он оказался рядом и теперь помогает Скоггарду?
«Живой. Они не довершили начатое. Это главное». Она сцепила зубы и послушалась лекаря. Сейчас она была посторонней в кабинете Эилиса. От неё, как и от всех прочих, лорд стремился скрыть свои тайны.
Бывший начальник стражи помог Дагдару опуститься в кресло, а тот, поморщившись, что-то чуть слышно сказал. Фолганд лёг у ног хозяина. Карвелл кивнул и вышел. Дверь в кабинет Кодвига закрылась перед Улой и Карвеллом.
— Что он сказал? — Она вцепилась в наставника.