Распространение Библии, ускоренное версией короля Якова, изменило антисемитизм, дав Англии возможность ближе познакомиться с Ветхим Заветом. Идеи и чувства древних евреев прочно вошли в мысли и фразы пуритан. Войны евреев казались им префигурацией их собственных войн против Карла I; каким-то образом Иегова, Бог Воинств, подходил им больше, чем Князь мира, описанный в Новом Завете. Многие пуританские полки начертали на своих знаменах льва Иуды, а «Железнобокие» Кромвеля шли на битву, распевая библейские песни. Принимая великолепную литературу Ветхого Завета как буквальное Слово Божье, пуритане были вынуждены признать евреев избранными Богом для непосредственного получения Его откровения; один проповедник сказал своей общине, что евреев все еще следует почитать как избранных Богом; некоторые левеллеры называли себя евреями. 30 Многие пуритане считали, что явное подтверждение Христом Моисеева закона перевешивает отвержение его Павлом и возлагает на всех библейских христиан обязанность исполнять этот закон; один из лидеров пуритан, генерал-майор Томас Харрисон, близкий помощник Кромвеля, предложил сделать Моисеев кодекс частью английского законодательства. 31 В 1649 году в Палату общин был внесен законопроект об изменении дня Господня с языческого воскресенья на иудейскую субботу. Теперь, говорили пуритане, англичане тоже стали избранным народом Божьим.
Во времена правления Якова I (1603–25 гг.) в Лондоне поселилась небольшая группа марранов. Поначалу они посещали христианские службы, но позже не прилагали особых усилий, чтобы скрыть свою верность иудаизму. Еврейские финансисты, такие как Антонио Карвахаль, участвовали в удовлетворении денежных потребностей Долгого парламента и Содружества. 32 Когда Кромвель пришел к власти, он использовал купцов-маррано в качестве источников экономической и политической информации о Голландии и Испании. Он с некоторой завистью отмечал процветание, которое пришло в голландскую торговлю отчасти благодаря притоку и международным связям евреев.
Вскоре после прибытия Манассии бен Исраэля в Англию Кромвель принял его и предоставил в его распоряжение лондонскую резиденцию. Манассия представил петицию и распространил через прессу «Декларацию», в которой излагались религиозные и экономические аргументы в пользу приема евреев в Англию. Он объяснил, почему евреи, в силу своих юридических ограничений, физической и финансовой незащищенности, были вынуждены отказаться от сельского хозяйства и заняться торговлей. Он указал, что амстердамские евреи жили коммерческими инвестициями, а не ростовщичеством, что они не практиковали ростовщичества, а помещали свои ликвидные средства в банки и довольствовались пятипроцентными процентами по этим вкладам. Он показал необоснованность легенды о том, что евреи убивали христианских детей, чтобы использовать их кровь в религиозных ритуалах. Он заверил христиан, что евреи не предпринимают никаких попыток добиться обращения в христианство. В заключение он попросил принять евреев в Англию при условии принесения ими клятвы верности королевству; предоставить им религиозную свободу и защиту от насилия; разрешить их внутренние споры с помощью их раввинов и законов без ущерба для английского законодательства и интересов.
4 декабря 1655 года Кромвель собрал в Уайтхолле конференцию юристов, чиновников и священнослужителей для рассмотрения вопроса о принятии евреев. Сам он отстаивал эту идею с силой и красноречием, подчеркивая не экономический, а религиозный аспект: евреям должно быть проповедано чистое Евангелие, но «можем ли мы проповедовать им, если не будем терпеть их среди нас?». 33 Его аргументы не встретили сочувствия. Священнослужители настаивали на том, что евреям не место в христианском содружестве; представители торговли возражали, что еврейские купцы будут отвлекать торговлю и богатство из рук англичан. Конференция постановила, что евреи не могут поселиться в Англии «иначе как по личному попустительству Его Высочества». 34
